Книга Платиновый Достал!, страница 21 – Мира Грозова

Она сжала его ладонь. Студенты смотрели. Кто-то шептался. Но Ари не опускала глаз. Шла прямо, рядом с ним.

В коридоре их встретила Ксения — с подружками, с идеальной укладкой, с улыбкой, полной яда.

— Вернулась? А я думала, ты навсегда уехала в свой Челябинск.

— Не дождалась.

— Иди отсюда, Ксения, — сказал Демид.

— Что?

— Иди, пока я не сказал что-то, о чём пожалею.

Ксения посмотрела на него, потом на Ари, хотела ответить, но передумала. Развернулась и ушла.

— Ты стал жёстче, — заметила Ари.

— Нет. Я стал злее. К ней — особенно. Это она отправила фото отцу.

— Я знаю.

— И видео с монтажом — тоже она.

— Откуда?

— Лёха узнал. У неё есть знакомый в редакции.

Ари сжала кулаки.

— Она психопатка.

— Теперь ты поняла.

— Я убью её, — сказала Ари спокойно.

— Позже. — Демид взял её за руку. — Сначала лекция.

--

После лекции их ждал сюрприз.

В коридоре стоял Владислав Ветров — дорогой костюм, золотые часы, ледяные глаза. Не один — с ректором.

— Сын, — сказал он. — Нам нужно поговорить.

— Не сейчас, пап.

— Сейчас.

Демид вздохнул. Посмотрел на Ари.

— Подожди меня.

— Нет. — Она шагнула вперёд. — Если разговор обо мне, я остаюсь.

— Громова, — ректор покачал головой. — Это семейное дело.

— Я часть семьи, — сказала Ари.

Тишина. Демид посмотрел на неё с удивлением. Отец — с ненавистью. Ректор — со страхом.

— Ты не часть, — отрезал Владислав. — Ты никто.

— Я та, кто разорвал ваш конверт. Я та, кто уехал, когда ваш сын не поверил. Я та, кто вернулась с ним. Я — Ариадна Громова. Из Челябинска. Грантница. Девушка вашего сына. И я не боюсь вас.

Владислав молчал.

— Пап, — сказал Демид. — Я люблю тебя. Но если ты тронешь её — я уйду из семьи. Из академии. И ты меня больше не увидишь.

— Ты не посмеешь.

— Посмею.

Отец смотрел на них. Долго. Потом перевёл взгляд на Ари.

— Ты на него плохо влияешь, — сказал он.

— Наоборот, — ответила Ари. — Я делаю его человеком.

— Он и так человек.

— Был мажором. Теперь — человек.

Повисла пауза.

— Хорошо, — сказал Владислав неожиданно. — Я отступаю. Но не потому, что вы меня переубедили. А потому, что он — мой сын. И я устал с ним ссориться.

Он повернулся и ушёл. Ректор — за ним.

Ари выдохнула.

— Ты не должен был так говорить.

— Должен.

— Он твой отец.

— Теперь ты моя семья.

Она не нашлась, что ответить. Просто взяла его за руку и пошла с ним в общежитие.

Они шли по коридору общежития, держась за руки. Ари сжимала его ладонь так сильно, будто боялась, что он исчезнет. Демид не отпускал. Вёл её, как слепую, хотя она видела не хуже его. Просто ей нужно было чувствовать, что он рядом. Что это не сон.

У дверей её комнаты он остановился.

— Ты как?

— Нормально.

— Врёшь.

— Нормально, Демид. — Она подняла голову. — Жива. Не отчислена. Не в психушке. Нормально.

— Этого мало.

— Пока хватит.

Она отпустила его руку и вошла в комнату.

--

Рита сидела на кровати, поджав ноги. Увидела Ари — спрыгнула, повисла на шее.

— Ты вернулась!

— Давно.

— Я думала, ты не приедешь! Думала, он тебя не уговорит!

— Уговорил, — буркнула Ари. — Как видишь.

— Молодец, Ветров, — Рита кивнула Демиду, который остался стоять в дверях. — Хоть что-то умеешь, кроме как стулья ломать.

— Я много чего умею, — ответил он без улыбки. — Но это не важно.

— А что важно?