Книга Без тебя: Любовь вопреки, страница 32 – Яна Марс

— А чего упрекать? — бабушка вдруг резко поднялась, загремела тарелками. — Я тебе что, еще соли на рану сыпать должна? — она отвернулась, и голос ее дрогнул. — Дура ты, Алиска. Но дураков жизнь учит.

Алиса вскочила, подбежала к бабушке, обняла ее со спины, прижалась щекой к жесткой ткани платья.

— Бабушка…, — прошептала она. — Спасибо тебе.

— Отстань, — буркнула бабушка, но не отстранилась. — Давайте чай пить.

Ольга Николаевна поставила чайник. Вероника принесла и расставила чашки, поставила на стол сахарницу, достала из холодильника молоко. Только когда тарелки опустели, Константин отозвал Алису в сторону.

— Доченька, — сказал он тихо, протягивая конверт. — Здесь деньги. И вот, — он достал визитку. — Это адвокат в Москве. Хороший специалист по семейным делам. Мне коллега на работе его посоветовал.

— Папа…, — у Алисы защипало в глазах. — Спасибо.

— Не за что, — он обнял ее. — Ты моя дочь. Я всегда буду тебя защищать. Даже если ты уже взрослая.

Алиса уткнулась носом ему в плечо и замерла, чувствуя, как слезы текут по щекам. Хорошо, что он не видит.

Потом подошла Вероника. Долго смотрела на дочь, гладила по щеке — здоровой, не тронутой синяком.

— Прости меня, — сказала она вдруг шепотом.

— Мам, за что?

— За то, что не уберегла, — в глазах Вероники блестели слезы. — За то, что отпустила тогда в Москву. За то, что не приехала, не вытащила, не...

— Мам, перестань, — Алиса обняла ее крепко-крепко. — Ты ни в чем не виновата. Я уже взрослая. Я сама выбрала. И сама ушла.

— Но если бы я тогда...

— Мам, — Алиса отстранилась, заглянула ей в глаза. — Ты лучшая мама на свете. И я тебя очень люблю. Все будет хорошо. Обещаю.

Вероника кивнула, вытирая слезы.

Потом были прощания. Бабушка долго тискала Мишку, ворчала, что мало кормит, что ребенок худой, что за ним нужен глаз да глаз. Потом повернулась к Алисе.

— Не вздумай опять пропадать, — сказала она строго. — Я старая, мне много не надо, но знать, что жива — должна.

— Я звонить буду, бабушка.

Константин поцеловал Мишку в лоб, пожал руку Тиграну.

— Береги их, — сказал он коротко.

— Обязательно, — ответил Тигран.

Вероника обнимала Алису так долго, что пришлось почти отрывать.

— Ну все, мам, — Алиса улыбалась сквозь слезы. — Мы поедем. Я позвоню, как доедем.

— Звони обязательно. В любое время.

Алиса села в машину Тиграна — черный Ленд Крузер, высокий, мощный, пахнущий кожей и чем-то неуловимо мужским. Витя уже переставил детское кресло из Шкоды, усадил Мишку, пристегнул.

— Держись, сестренка, — сказал он в окно. — Я скоро приеду.

— Я знаю, — кивнула Алиса.

Мишка махал рукой бабушке, маме, дяде, пока они не скрылись за поворотом.

— Мам, — спросил он вдруг. — А мы вернемся?

Алиса посмотрела на сына. На его серьезное личико, на Рекса, прижатого к груди.

— Да, — сказала она твердо. — Обязательно вернемся. Когда все закончится.

Машина выехала на трассу. За окном замелькали поля, перелески, дачные поселки. Вечернее солнце клонилось к закату, раскрашивая небо в оранжевый и розовый.

Тигран включил музыку — тихую, инструментальную, без слов. Что-то спокойное, расслабляющее.

— Не возражаете? — спросил он.

— Нет, — Алиса покачала головой. — Так даже лучше.

Она откинулась на сиденье и закрыла глаза. Внутри все еще дрожало от пережитого, от прощания, от страха перед неизвестностью. Но рядом с этим человеком было почему-то спокойно.