Книга Без тебя: Любовь вопреки, страница 33 – Яна Марс

— Все будет хорошо, — сказал Тигран негромко.

Алиса открыла глаза, повернулась к нему. Он смотрел на дорогу, и профиль его четко вырисовывался на фоне закатного неба.

— Вы правда так думаете? — спросила она.

— Я знаю, — ответил он просто. — Я таких, как он, видел много. Они сильны только тогда, когда жертва боится. Когда жертва находит защиту — они превращаются в ничтожеств.

— А вы — защита? — спросила Алиса и сама удивилась своей смелости.

Тигран чуть повернул голову, посмотрел на нее. В его глазах мелькнуло что-то, чему она не нашла названия.

— Да, — сказал он. — Сегодня — да.

Алиса отвернулась к окну, чтобы он не видел, как вспыхнули щеки.

Машина мчалась вперед, в темнеющую даль. Впереди была Москва. Впереди была опасность. Впереди была неизвестность.

Но впервые за долгое время Алиса чувствовала, что готова сражаться.

— Я не сдамся, — сказала она тихо, обращаясь к самой себе.

— Я знаю, — ответил Тигран. — Мы справимся.

Они ехали в ночи, и закат догорал за горизонтом. Алиса смотрела на дорогу, на руки Тиграна на руле, на спящего Мишку сзади — и не заметила, как уснула.

Алиса проснулась от того, что сердце колотилось где-то в горле, а в ушах все еще звучал голос Эдика — пьяный, злой, шипящий: " Ты никуда не денешься, ты моя ". Она села на кровати, хватая ртом воздух, и несколько секунд просто смотрела в темноту, пытаясь понять, где находится.

Чужая комната. Чужие обои — светло-серые, с едва заметным геометрическим узором. Чужая мебель — строгая, минималистичная, без единой лишней детали. Чужой запах — чистоты, кожи и мужского дезадоранта.

Рядом, раскинув руки и открыв рот, спал Мишка. Рекс был зажат у него под мышкой, будто даже во сне сын боялся потерять своего защитника.

Алиса перевела дыхание и откинулась на подушку.

Воспоминания вчерашнего вечера накатывали обрывками, как плохо смонтированное видео. Долгая дорога, во время которой она то проваливалась в сон, то выныривала, глядя на мелькающие за окном огни. Тишина в салоне, нарушаемая только тихой музыкой и ровным дыханием Тиграна. Потом — подземный паркинг, лифт с зеркальными стенами, долгий коридор с тяжелыми дверями.

Она почти не запомнила квартиру, когда они вошли. Слишком вымоталась. Помнит только, как Тигран провел их в спальню и сказал: "Располагайтесь. Это ваша комната на все время". Помнит, как уложила Мишку, сама рухнула рядом и отключилась за секунду.

Сейчас тело ныло, мышцы требовали разминки, но вставать не хотелось. Алиса лежала, глядя в высокий потолок, и слушала тишину. Непривычную, густую, совсем не московскую. Звукоизоляция здесь была отличная — ни соседей, ни машин, ничего.

Она осторожно встала, стараясь не разбудить Мишку, и выскользнула в коридор.

Квартира встретила ее утренним светом, лившимся из больших окон. Алиса замерла на пороге гостиной и впервые по-настоящему увидела, где оказалась.

Это было потрясающе.

Гостиная, совмещенная с кухней, была очень светлой, несмотря на темную мебель. Москва из окон казалась очень приветливой. На стенах — никаких картин, в углу большой стеллаж с книгами. Телевизора не было — вместо него Алиса заметила полку на стене над диваном, а на ней — проектор. Кухня — остров, скрытая техника, серые фасады.

Все было очень дорого, очень продуманно и очень... по-хозяйски. Ничего лишнего. Ничего показного. Пространство, созданное для жизни, а не для того, чтобы пускать пыль в глаза.