Книга Развод. Испеку себе любовь, страница 70 – Яна Марс

Аля стояла, как парализованная, глядя на маленькую булочку, лежащую на асфальте. Сахарная пудра медленно таяла, смешиваясь с грязью, образуя жалкое, липкое пятно.

Денис подошёл к ней.

— Алёна, прости, я, наверное, всё испортил…

— Нет, — перебила она его, и в её голосе снова зазвучала та самая сталь, что появилась прошлой ночью. — Ты всё сделал правильно. Он показал своё истинное лицо. А Соня… Соня увидела, где её настоящий дом. Дом, где пекут хлеб с любовью.

Она посмотрела на булочку, лежавшую в пыли, и что-то в ней сжалось. Всего несколько минут назад Сонины глаза сияли от счастья, а теперь... Аля резко наклонилась, подняла испачканное угощение и замерла на мгновение, чувствуя, как по щеке скатывается предательская слеза. Она смахнула ее тыльной стороной ладони, оставив на лице мучную полосу.

— Выброси, пожалуйска, — тихо сказала она Денису, передавая булочку. — Разгружай фургон. Принимаем новые заказы. И готовься — сегодня ночью будем пробовать новый рецепт. Ржаной хлеб с солодом и мёдом. Назовём его "Утренник".

В её глазах горел не просто решимость, а ярость, которая превращала слабость в силу, а боль — в топливо.

Илья хотел унизить её, показав её провал как матери. Но он не понимал, что мать, борющаяся за будущее своего ребёнка, — это самая опасная сила на свете. И Аля была готова это доказать. Ценой всего.

Тишину цеха нарушал только ровный гул оборудования. Аля стояла у большого стола, замеряя температуру воды для закваски. Ритуальная точность действий успокаивала. Градусник показал ровно тридцать два. Идеально. Она влила воду в большую миску с опарой, и та отозвалась тихим, пузырящимся вздохом. Живой организм, более предсказуемый и честный, чем люди.

Дверь цеха скрипнула. Аля вздрогнула, не оборачиваясь. Знакомые шаги.

— Я не сплю, — сказала она, продолжая вымешивать тесто. — И нет, я не собираюсь "взять паузу". Поспала немного в смену Галины Ивановны.

Артём остановился по другую сторону стола, положив руки на деревянную столешницу. Он был в простой темной футболке и пах ночным городом и дорогим кофе.

— Привез ужин. И… кое-что ещё, — он помахал веером из документов. — Это все жалобы Ильи в контролирующие органы за последний месяц. Я достал их через знакомого юриста.

Аля оторвалась от теста, её глаза расширились. Перед глазами замелькали заявления в Роспотребнадзор, пожарную инспекцию, трудовую инспекцию — все с пометками о скорых внеплановых проверках.

— Думал, тебе стоит знать, с чем придется столкнуться на этой неделе, — его голос был спокоен, но в глазах читалась напряженность. Он стал быстро зачитывать одно заявление за другим.

Аля молча смотрела то на Артема, то на листы в его руках, чувствуя, как подкатывает тошнота. Каждый листок был идеально составлен — ни к чему нельзя было придраться, только ждать визита проверяющих.

— Он хочет задавить нас бюрократией, — прошептала Аля. — Зная, что у нас нет ни времени, ни денег на юристов...

— У нас есть я, — Артём жестом предложил ей пройти в офис. — И есть твой хлеб. Проверки мы переживём. Главное — не дать ему сломить тебя морально.

Аля оставила тесто подниматься и, помыв руки, прошла в офис, где ее уже ждал Артем, а на столе стоял куриный суп. Она взяла ложку, руки слегка дрожали. Первый глоток тёплого супа вернул ощущение реальности.