Книга Мой босс: Искушение соблазном, страница 45 – Яна Марс

Она заснула, прижавшись щекой к его груди, под мерный стук его сердца, слушая его ровное дыхание. Это был самый глубокий и безмятежный сон в ее жизни.

Утро застало ее в пустой постели. На мгновение ее охватила паника — не повторится ли сцена из отеля? Но затем ее обоняние уловил горьковатый, бодрящий аромат свежесваренного кофе.

Она накинула его халат, болтавшийся на ней как на вешалке, и вышла из спальни. И замерла.

Марк стоял на кухне у огромного окна, залитый утренним солнцем. На нем были только пижамные брюки, его торс был обнажен, волосы растрепаны. Он помешивал в двух кружках, сосредоточенно хмуря брови. Он был… обычным. Невероятно привлекательным, но обычным мужчиной, готовящим кофе утром после долгой ночи.

Он услышал ее и обернулся. И улыбнулся. Не привычной холодной усмешкой, не кривой ухмылкой, а самой настоящей, мягкой, немного неуверенной улыбкой, которая на мгновение сделала его лицо молодым и беззащитным.

— С сахаром? — спросил он, и его бархатный голос был хриплым от сна.

Ариана не смогла сдержать ответной улыбки. Она подошла к мужчине, приняла из его рук кружку. Их пальцы снова соприкоснулись, но на этот раз разряда не последовало. Было лишь теплое, спокойное, уверенное электричество взаимопонимания.

— Спасибо, — прошептала она.

Он обнял ее за плечи и притянул к себе, и они стояли так, глядя на просыпающийся город. В этой стерильной, бездушной квартире, среди хромированного блеска и холодного камня, она вдруг почувствовала то, чего не чувствовала очень давно. Уют, покой и ту самую нежность, о существовании которой у Марка Ариана и не могла предположить. Она видела его без галстука и маски. И этот человек, стоящий рядом с ней, был в тысячу раз реальнее и дороже того Железного Короля, которого она думала, что ненавидит.

Солнечный свет, заливавший стерильную кухню, казался теперь обманчивым. Тот миг уюта, когда он улыбнулся ей, готовя кофе, растворился, как дымка. Ариана все еще чувствовала тепло его тела под своей щекой, вкус кофе на губах и непривычную легкость во всем теле. Но когда она подняла на него взгляд, готовый утонуть в этой новой, незнакомой нежности, она увидела не того мужчину.

Перед ней снова стоял Вольский. Его поза выпрямилась, черты лица застыли в привычной жесткой маске. В глазах, еще несколько минут назад смотревших на нее с беззащитной мягкостью, теперь плескался холодный, расчетливый океан.

— Ариана, — начал он, и его голос вновь обрел ту металлическую твердость, что резала слух в офисе. Он отставил свою чашку, и тихий стук фарфора о столешницу прозвучал как удар молотка, забивающий гвоздь в гроб их ночи. — Нам нужно кое-что обсудить.

Ее сердце, еще недавно размягченное и беззащитное, судорожно сжалось, предчувствуя удар.

— Я слушаю, — выдавила она, садясь на высокий барный стул, чувствуя, как леденящий холод проникает в нее через шелк его халата.

— То, что произошло… — он сделал небольшую паузу, подбирая слова, его взгляд скользнул по ней, быстрый и оценивающий. — Не должно повлиять на нашу работу. Здесь, за этими стенами, — он жестом очертил пространство вокруг, — могут существовать определенные… обстоятельства. Но как только мы переступаем порог офиса, мы возвращаемся в свои роли. Я — ваш начальник. Вы — мой ассистент. Четко, ясно и без исключений.