Книга Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь, страница 84 – Вероника Лесневская

— Мы же недалеко, - оправдывается Леша.

— А вы с папой медленные, - упрямо спорит Даня.

— Вы мне обещали быть примерными мальчиками, - давлю на совесть, и прием срабатывает. Угольно-черные ресницы опускаются, густые бровки ползут к переносицам, а темноволосые головки поочередно кивают.

Вижу в детях самого Виктора, узнаю его черты характера, манеру поведения, особенности внешности. Тем не менее, они не стопроцентные копии отца. Есть в них что-то еще, наверное, от матери. Интересно, кто она и куда делась? Воскресенский ни словом о ней не обмолвился за все время, что мы общаемся. В доме ни одной фотографии нет. А дети рисуют семью без мамы, словно даже мысли не допускают, что она должна быть. Эта женщина вообще существует?

— Здравствуйте, меня зовут Вера. Вера Воскресенская, я хозяйка кафе, - раздается над макушкой приятный, добрый голос, а на землю рядом с нами ложится ее изящная тень. – А вы?

— Лиля, - запрокидываю голову и морщусь от мягкого, но настырного лучика солнца, пробивающегося сквозь густые осенние облака. Поморгав, различаю в ореоле яркого света улыбчивую, милую женщину с рыжими кудряшками. – Приятно познакомиться, - избегаю деталей.

Оглядываюсь в поисках Виктора – пусть лучше он озвучит, кто я. Жду, пока выйдет из машины и направится к нам, но он не торопится. Отчасти дети правы: не хватает терпения, когда хочется чего-то срочно и немедленно.

— Папа сказал, Лиля теперь его жена, - неожиданно выдает Даня, выпятив широкую для его возраста грудь.

— Значит, она наша мама, - делает вывод Леша, а в его сияющем взгляде так и читается гордость.

Каждую мышцу моего тела будто парализует, зрение мутнеет, легкие отказываются сокращаться. Хватаю ртом воздух, но не могу глотнуть кислорода. Вместо этого открываю и закрываю рот, как пойманная на крючок рыбка. Мальчишки и правда взрослые.

Вера тактично молчит, растерянно рассматривает меня и детей. Разумеется, я не похожа на их мать. Слишком молода. Хотя…

Призраки прошлого стучат в запертую дверь. Встряхиваю головой, и волосы приподнимаются от внезапного порыва ветра. Сырая прохлада осени помогает прийти в себя.

Еще одна тень, мощнее прежней и более сумрачная, опускается прямо на меня, словно обнимает. Физически чувствую присутствие Виктора – и оборачиваюсь, сразу же споткнувшись об него. Бьюсь, как в ледяное, бронированное стекло, мысленно расшибаю лоб до крови и звездочек перед глазами.

Воскресенский по-прежнему непоколебим. Он мельком окидывает меня равнодушным взглядом, но дольше приличного задерживается на голой коленке, едва заметно сглатывает, играя кадыком. Смутившись, я хватаю край платья и запахиваю его, прикрывая ногу.

Виктор спокойно, невозмутимо здоровается с Верой, а я чувствую себя дурой, ведь на секунду предположила, что он может заинтересоваться мной как женщиной. Словно красивая обертка в состоянии изменить меня и превратить из бледной училки в лебедя. Да и не нужно мне это! Никогда не стремилась и не умела соблазнять. Всегда избегала внимания противоположного пола. Почему вдруг захотелось кому-то понравиться? Еще и такому опытному, искушенному мужчине, как Воскресенский, которому вообще не до этого и который воспринимает меня как партнера, что сам неоднократно повторял. Я должна выполнять свою миссию, а не сочинять глупости.