Книга Два Феникса, страница 83 – Лиза Мидлевская

— Ясно. Хорошо. По-китайски не заговорил за месяц?

— Нет, — засмеялся Глеб. — По-китайски мне, наверное, и жизни не хватит, чтобы заговорить. Не мой язык. Но знаешь, я достаточно много разговаривал и по-русски. Партнеры наши китайские много куда нас приглашали. Показали нам много национальных колоритных достопримечательностей. А однажды, не знаю почему, решили сводить нас на дни нашей национальной культуры в Китае. Как-будто мы что-то из своей этой культуры не видели, — посмеялся. — Но ты знаешь. Один ансамбль удивил все-таки. Не народный. Что-то вроде классики, но в современной обработке. Я не очень в этом разбираюсь. Скрипка, фортепиано, виолончель и саксофон. Необычное сочетание, но звучали очень хорошо. Классные ребята. Так играли, что нельзя не заслушаться было..

— Круто. А что еще? — спросил, чувствуя, что вовсе не о музыке хочет поговорить друг.

— От тебя тоже не утаиться, — хмыкнул. — Скрипачка там была такая интересная. Красивая во-первых. Стильная брюнетка. Черные короткие волосы и огромные не то серые, не то зеленые глаза. А во-вторых, ну как она играла! Словно не на скрипке, а на струнах души. И сама всю свою душу в эту игру вкладывала. Играла в основном с закрытыми глазами, но когда открывала их и мы встречались взглядами, меня аж до позвонков пробирало.

— Кажется, дружище, тебя не музыка проняла. А глаза эти серо-зеленые, — прокомментировал.

— Но знаешь, что меня поразило больше всего. Я думал, что играя такую музыку она должна светиться от счастья и душевной наполненности. А в ее глазах какая-то обреченность что ли. Вот вроде бы и красотка, явно талантливая, наверняка с глубоким духовным миром. А в глазах как бездна застывшая. Так и хочется туда жизни побольше вдохнуть. То ли драма какая-то у нее, то ли что. Я так и не понял. Несколько раз еще потом приходил, но подойти и поговорить так и не получилось. Вернее, я подходил, но общался с коллегами, а девушка куда-то отходила в это время. А потом я уехал..

— А как называется ансамбль? Если они наши соотечественники, то думаю не составит труда их найти?

— Да я не знаю, Вихрь. Если честно. Она-то, конечно, запала мне, понравилась. Но вот такая отрешенность в глазах, мука практически. Кто ее знает, что там было в ее жизни. И какие тараканы там? И надо ли мне это все?

— Кстати, слышал? Ученые, доказали, что тараканы в принципе могут прекрасно жить без головы. Но в голове им как-то уютнее, — пошутил, а Глеб хохотнул. — У нас каждого такие тараканы, мама не горюй. Но это же не значит, что надо крест поставить на всем. Но смотри сам, конечно.

Больше я ничего не сказал. У каждого из нас действительно непростое прошлое и советовать что-то, когда я видел как его ломало после развода, не считал себя в праве. Но тот факт, что девушка, о которой он говорил, полная противоположность его бывшей жене, меня порадовал. Шаблоны ломаются, вкусы меняются Глядишь, помимо внешнего типажа, еще и характер другой начнет нравиться. Чтобы не стерва, а нормальная женщина. Тем более скрипачка — возвышенная душа, даже если и немножко поломанная, судя по словам Глеба.

Я провел у друга несколько часов. Потом увидел сообщение от Яны и засобирался к ней. Глеб ухмыльнулся, вручил мне упаковку зеленого китайского чая, который он привез из командировки и похлопал меня по плечу.