Книга Как профукать праздник. Судьба из дежурной части, страница 98 – Екатерина Мордвинцева

— Ты стала другой, — сказала Инга, когда мы встретились в центре.

— В каком смысле? — спросила я.

— Ты перестала бояться. Раньше в тебе было столько страха, что он чувствовался за версту. А теперь… теперь ты спокойная. Не сломленная — спокойная.

— Я приняла, — ответила я. — Не смирилась — приняла. Я поняла, что они всегда будут со мной. Что моя боль — это часть меня. Что я могу жить с этим.

— И ты живёшь, — она улыбнулась. — По-настоящему. Я вижу.

— Да, — я посмотрела на дверь, где в этот момент появился Алексей — он заехал за мной после дежурства. — Я живу.

Инга проследила за моим взглядом и усмехнулась.

— Он хороший, — сказала она. — Держись за него.

— Держусь, — ответила я.

Дни складывались в недели, недели — в месяцы. Мы с Алексеем привыкали друг к другу, учились жить вместе, уступать, договариваться. Это было не всегда легко — у каждого были свои привычки, свои ритмы, свои представления о том, как должно быть. Но мы учились. И это было важно.

— Ты знаешь, я никогда не жил с девушкой, — признался он однажды вечером, когда мы мыли посуду после ужина.

— Серьёзно? — я удивилась.

— Серьёзно. Всегда казалось, что это слишком сложно. Что я не готов. Что у меня не хватит терпения.

— А теперь?

— А теперь я не представляю, как можно жить иначе, — он обнял меня мокрыми руками, и я рассмеялась. — Ты — лучшее, что случилось в моей жизни.

— Даже несмотря на то, что я плачу по ночам и иногда не могу заснуть до утра?

— Даже несмотря на это, — он поцеловал меня в макушку. — Ты — моя. Вся. С твоей болью, с твоей памятью, с твоими страхами. И я не хочу другой.

Я прижалась к нему, чувствуя, как его сердце бьётся в такт с моим. И в этот момент я поняла, что, возможно, это и есть счастье. Не то, которое я представляла раньше — яркое, громкое, полное путешествий и открытий. А другое — тихое, спокойное, такое, которое не требует грандиозных планов. Счастье быть здесь, сейчас, с человеком, который любит тебя. Который принимает тебя всю. Который не боится твоей боли.

Февраль подходил к концу. Снег таял, и с крыш капала вода, звонкая, как колокольчики. Я стояла на балконе, смотрела на город, который медленно просыпался после долгой зимы, и чувствовала, как внутри, вместе с болью, растёт что-то ещё. Не надежда — она всегда была со мной. Не любовь — она стала частью меня. А что-то другое. Уверенность. Понимание того, что я могу. Могу жить. Могу любить. Могу быть счастливой. Несмотря ни на что.

Алексей вышел на балкон, накинул мне на плечи плед.

— Замёрзнешь, — сказал он.

— Немного, — ответила я. — Но это хороший холод. Весенний.

— Ты ждёшь весну? — он встал рядом, взял меня за руку.

— Жду, — я повернулась к нему. — Я жду многого. Но я хочу, чтобы ты знал: я не перестану ждать их. Никогда. Я буду ждать чуда, даже если оно никогда не случится. Я буду помнить, любить, надеяться. Но я не поставлю свою жизнь на паузу. Я хочу жить дальше. Здесь. С тобой.

Он смотрел на меня, и в его глазах я видела всё — любовь, понимание, принятие.

— Я знаю, — сказал он. — Я никогда не просил тебя перестать ждать. Я просил только об одном — позволить мне быть рядом. Пока ты ждёшь. Пока ты помнишь. Пока ты живёшь.

— Ты рядом, — я улыбнулась. — И я хочу, чтобы так было всегда.

— Всегда, — повторил он.