Книга Как профукать праздник. Служебная записка на чувства, страница 97 – Екатерина Мордвинцева

— Мы прилетели! — Миша подпрыгивал от нетерпения, пока мы ждали багаж. — Море! Я хочу в море!

— Сначала доедем до отеля, — улыбнулся Кирилл. — Потом переоденемся. И тогда — море.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Я смотрела на них и чувствовала, как напряжение, которое держало меня все эти дни, начинает отпускать. Мы здесь. Мы приехали. Туда, куда они должны были прилететь.

Отель был маленьким, уютным, с белыми стенами и синими ставнями, с балконами, увитыми цветами, и с видом на океан. Наш номер был на третьем этаже, и когда я открыла дверь на балкон, у меня перехватило дыхание.

Океан. Бесконечный, синий, переливающийся на солнце, как живое существо. Он дышал, двигался, шептал что-то на своём языке, и мне казалось, что я слышу в этом шёпоте их голоса.

— Красиво, — сказал Кирилл, подходя сзади и обнимая меня.

— Очень, — я прислонилась к нему, чувствуя его тепло. — Они хотели увидеть это. Так хотели.

— Теперь ты увидишь. За них. За себя.

— Да, — я кивнула. — За них.

Мы переоделись и пошли на пляж. Миша бежал впереди, кричал что-то, размахивал руками, и его счастье было таким заразительным, что я невольно улыбалась. Песок был белым, горячим, и я разулась, чувствуя, как он обжигает ступни.

— Инга, смотри! — Миша уже был у воды, прыгал через волны, смеялся. — Вода тёплая! Как в ванной!

Я подошла к воде, остановилась на границе, где волны касались моих ног. Океан дышал, накатывал, отступал, и я стояла, смотрела на эту бесконечность, и думала о них. Маша любила море. Говорила, что в нём есть что-то такое, что заставляет чувствовать себя маленькой, но не одинокой. Женя мечтала увидеть закат над океаном, говорила, что это самое романтичное, что может быть. Лера просто хотела купаться, загорать, ничего не делать, и это было её счастье.

— Ты как? — Кирилл подошёл, встал рядом.

— Хорошо, — я улыбнулась, хотя на глазах выступили слёзы. — Странно. Будто я здесь уже была. Будто они здесь.

— Они здесь, — он взял меня за руку. — В этой воде. В этом воздухе. В этом солнце. Они здесь.

Я сделала шаг в воду. Она была тёплой, ласковой, и я пошла дальше, чувствуя, как волны обнимают меня, как они уносят что-то, что держало меня все эти месяцы.

Миша плескался рядом, смеялся, и я смотрела на него, на Кирилла, который стоял на берегу и улыбался, и чувствовала, как сердце наполняется чем-то светлым.

— Маша! — крикнула я в океан, и ветер унёс мой голос. — Женя! Лера! Я здесь! Я вижу ваше море! Оно прекрасно! Спасибо!

Я стояла в воде по пояс, и слёзы текли по щекам, смешиваясь с солёными брызгами. Кирилл подошёл, обнял меня, и я уткнулась ему в плечо, чувствуя, как его руки сжимают меня.

— Я люблю тебя, — прошептала я.

— Я знаю, — он поцеловал меня в макушку. — Я тоже.

Мы вернулись в отель только к вечеру. Миша устал, но был счастлив — он строил замки из песка, собирал ракушки, спорил с отцом, кто быстрее доплывёт до буйка. Я сидела на песке, смотрела на них и чувствовала, как внутри разливается тепло.

Вечером, когда Миша уснул, я вышла на балкон. Океан шумел внизу, луна отражалась в воде, и звёзды были такими яркими, какими я никогда не видела их в городе.

Я достала телефон, набрала номер Вари.

— Алло? — голос её был сонным, но она ответила после первого гудка. — Инга? Ты где?

— На море, — я улыбнулась, хотя знала, что она не видит. — Там, куда они должны были лететь.