Книга Разлучница. Я уведу твоего мужа, страница 30 – Алиса Вебер

Возможно, этот мучительный разговор продолжился бы и дальше, но в моем муже было столько дряни, что снова наступило время капельницы.

Сколько уже в него всего влили?

Меня снова одолело чувство раздвоенности. Вроде и злиться должна, а не могла не сочувствовать, видя, как слаб Артур. Еще и правила приличия зачем-то подключились. Вот не могла я взять и просто уйти, оставить его тут одного, на чужих фактически людей.

А еще мне по-прежнему хотелось во всем разобраться.

Я смотрела на Артура и не чувствовала ничего, кроме обиды и горечи. Несмотря на то, что я поймала его с поличным, он до сих пор пытался убедить меня в своей невиновности. Неужели считает за глупую курицу, которой достаточно навешать лапши на уши, чтобы она поверила во все его оправдания?

— Камеры и правда были установлены, Лина, поверь мне. Я тебе докажу! — рычал Артур и едва не подрывался, но тут же стонал, когда дергал за капельницу.

— Лежи, тебе вставать нельзя, — проворчала я против воли, ну не изверг же я, чтобы издеваться над человеком, как бы ни была на него зла. — И куда ты собрался? Сейчас твои родители приедут. Они написали, что уже на подъезде к больнице.

На сообщение свекрови, где она интересовалась, как ее сын, я не ответила. Он в порядке, а общаться по поводу него с его родителями я не собиралась. Теперь это зона его ответственности, а я даже не представляла, что могу им сказать после того, как узнала, что они в курсе всего произошедшего.

— Не нужно было их звать, Лин, я же не при смерти.

— Я и не звонила им, — резко ответила я, отходя подальше, когда Артур снова потянулся ко мне. — Твоя Роксана постаралась застолбить теплое местечко. Куй, пока горячо. Она действует точно по этой инструкции.

— Она не моя! — заявил Артур, и я поджала губы. — Я еще с ней разберусь. Обещаю, Лин, я уволю ее, как только представится возможность, и мы закроем контракт.

— Опять ты за свое. Бизнес да бизнес.

В моем голосе отчетливо звучала горечь.

— Хочешь, я ее прямо сейчас уволю?

— Вот только не нужно мне делать одолжение, — ядовито ответила, злясь сильнее. — У тебя был шанс уволить ее, когда я просила, сейчас в этом уже нет смысла. Мне всё равно…

Артур снова хотел что-то сказать, но в этот момент в палату вошли его родители. Отец чинно шел позади, а вот мать подлетела ко мне первая.

— Что произошло, Лина? Ты, главное, не плачь, мы со всем разберемся. Я не дам Артуру уйти из семьи.

Я захлопала глазами, не зная, что сказать, но молчала, прекрасно осознавая, какой характер у свекрови. Она если что вбила себе в голову, так ее с пути не сбить.

Она мельтешила перед глазами, затем схватила за руку сына и наклонилась над ним.

— Артур! Как же так? Что за позор такой? А если знакомые узнают?

Свекровь всегда думала о репутации семьи больше, чем об обстановке внутри самой семьи. Для нее было важно, что думают о ней другие, особенно друзья, такие же влиятельные и состоятельные, как они с мужем.

— Узнают о чем, мама? — настороженно спросил Артур и перевел взгляд на меня.

Я покачала головой, намекая, что я тут ни при чем, и едва не усмехнулась, чувствуя удовлетворение, что ему придется держать ответ перед родителями. Он еще не в курсе, что они знают обо всех грязных подробностях, как его привезли в больницу.