Книга Измена. Я не буду твоей, страница 49 – Алина Давыдова

— Собираюсь поискать жилье.

— Слушай, да оставайся ты хоть на год. Меня не напрягает.

— Зато меня напрягает. Нужно уже что-то снять.

А ещё у меня жутко болит спина от раскладушки, которая впивается каждой своей пружиной мне в позвоночник. Я, конечно, жаловаться не буду, но лучше уж подберу себе простенькую квартирку, зато с диваном или даже кроватью (в зависимости от щедрости хозяев).

Весь день я провожу за поиском жилья и даже подбираю несколько неплохих вариантов. Договариваюсь о встречах, планирую свои следующие дни. И в груди у меня зреет какое-то новое чувство.

Ощущение свободы, наверное.

Я окончательно освобожусь от бывшего мужа, от его семьи. Я начну жить заново.

Новая работа. Новая квартира. Новый босс.

Кстати, насчет босса.

Интересно, как он относится к домашней еде?..

Идею я вынашивала всю субботу, а в воскресенье занялась полномасштабной готовкой.

Когда Светка услышала, что я намереваюсь состряпать для Игнатьева полноценный обед и принести его в понедельник на работу, она хлопнула себя по лбу ладонью.

— Ты с ума сошла⁈ — возмутилась подруга. — Реально собираешься весь день убить у плиты? Ау, Ленка! Мужик предлагает тебя кормить в любых ресторанах, только заказ сделай. А ты ему плюшки печь будешь?

— А что такого? — Я как раз месила тесто. — Он меня угостил, настала моя очередь.

— Дуреха, он расщедрился, потому что хочет с тебя трусы снять. Сдалась ему твоя еда. Он, может, все эти борщи вообще на дух не переносит.

— Вот и узнаем.

На самом деле, слова подруги меня глубоко задели. Я, конечно, разложила и суп с фрикадельками, и мясо с подливой по контейнерам, а сама задумалась: вдруг Игнатьев действительно такое даже за еду нормальную не считает. Привык, что в ресторанах кормят другим — а тут самый обычный суп, без прованских трав, и фрикадельки куриные, а не из редкого горного оленя.

Посмотрит на меня как на болезную и откажется.

Но в понедельник я донесла контейнеры до работы, убрала их в холодильник, сделала стандартный утренний кофе боссу и начала выжидать. Нельзя же вот так в лоб сказать:

— Кстати, у меня для вас сюрприз! Суп! Давайте же, хвалите меня изо всех сил!

Нужно дождаться подходящего момента, а его как специально всё не было. Игнатьев бегал по совещаниям, я занималась бесконечными сводками. Понедельник никогда не бывает легким. Время шло к обеду, и мой энтузиазм понемногу кончался.

Может, ну его?..

Чего позориться этой своей домашней кулинарией?

Я уже почти решила, что отнесу еду обратно домой, когда в приемную влетел Максим Витальевич и на ходу бросил:

— Елена, вы придумали, где мы будем сегодня обедать?

Вспомнил…

Всё, либо пан, либо пропал!

Я поднимаюсь, поправляю юбку и заглядываю в кабинет к боссу. Он увлеченно роется в бумагах на подпись, прижимая мобильный телефон ухом к плечу и с кем-то ругаясь. Жестом показывает мне остаться.

Прижимаюсь спиной к стене, не рискуя занять кожаный диванчик для гостей.

Наконец, Максим Витальевич заканчивает разговаривать и поворачивается ко мне. Глаза его всё ещё горят недовольством. Мне всё меньше хочется признаваться в своем желании накормить руководителя домашним супом. Тем более, он сегодня весь день ко мне обращается на «вы». Минутка дружелюбия кончилась.

— Закажите что-нибудь, — коротко приказывает Игнатьев. — Карточку сейчас найду, секунду.