Книга Измена. Я не буду твоей, страница 88 – Алина Давыдова

— Здравствуйте. Вы случайно не Елена?

Ко мне подходит женщина очень стильная, прям-таки роковая.

Ей сильно за сорок, но выглядит она не старше тридцати. Если бы не морщинки, выдающие истинный возраст, я бы решила, что передо мной моя одногодка. Одета она в бирюзовый брючной костюм. Короткие угольно-черные волосы идеально зачесаны, волосинка к волосинке.

Дама закуривает тонкую сигарету, пускает в сторону струйку дыма.

— Случайно — Елена, — улыбаюсь я. — А вы… Ирина Павловна?

Вроде так звали риелтора со стороны покупателя.

— Давайте просто Ирина. Девочкам нашего возраста как-то не подобает обращаться друг к другу по отчеству.

Если честно, я даже не реагирую на это замечание. Ей — простительно. Хотела бы я держаться так же, как она, или иметь хоть третью часть её шарма.

— Второй продавец — ваш муж? — Ирина предлагает закурить и мне, но я отрицательно мотаю головой.

— Бывший муж, развелись пару недель назад. Вот решили побыстрее поделить имущество.

— Ну и правильно. Если с таким вопросом затянуть — через двадцать лет очнетесь в общей однушке, оба без личной жизни, зато с кучей претензий друг к другу. Попомните мои слова, я многое повидала. Да и когда покупатель готов брать прямо сейчас, без ипотеки, это многого стоит.

— Да уж, нам вообще с вами повезло, — соглашаюсь, пытаясь высмотреть, где носит муженька. — Так сразу купили. Я думала, всё это затянется, а уже сделка.

— Максим всегда такой, — она стряхивает пепел в урну. — Когда ему что-то нравится, он берет это без раздумий. Мы с ним давно знакомы, так что за своего клиента я ручаюсь.

Я болезненно усмехаюсь. Видимо, все Максимы по натуре такие, это в них природой заложено.

Мне его не хватает, и нехватка эта такая острая, как будто ломка без сладкого. Знаете, когда ты отказываешься от рафинада и вроде понимаешь, что всё сделал правильно, но тебе жутко хочется попробовать хотя бы кусочек… ложечку в чай… маленькую карамельку…

Ты теряешь вкус жизни, тебя не радуют прежние вещи. Все твои мысли занимает сахар. И пусть он ужасно вредный, и без него тебе гораздо лучше — но так и тянет сорваться.

Вот бы рассказать Максиму про продажу квартиры или про то, как мой дражайший бывший муженек отклеил даже обои (вот зачем они ему?), только бы мне ничего не досталось. Он же реально не осознает, что пострадал покупатель, а не Лена. Лена на плинтуса не покушалась.

Но я не могу звонить своему боссу просто так. Не после того, как сознательно порвала с ним.

Вот и страдаю на диете, в которой можно всё, но нельзя Максима.

К входу подъезжает иномарка и паркуется с нарушением всех правил, на месте для инвалидов. Тонированная насмерть, даже лобовое стекло и то не проглядывается. Заниженная настолько, что скребет днищем по асфальту. Матово-черного цвета, вся какая-то несуразная, угловатая.

Полная безвкусица, короче говоря.

И когда из нее вываливается мой муж, я не нахожусь, что сказать. Только стою с распахнутым от удивления ртом.

Первый вопрос: откуда он взял деньги, мы же ещё не продали квартиру⁈

Второй вопрос: на кой черт ему это чудовище автомобилестроения?

Дима мою молчаливую реакцию воспринимает по-своему. Ставит машину на сигнализацию через брелок и, поигрывая тем, спрашивает:

— Что, завидуешь?

— Нисколько, — я едва прихожу в чувство.