Книга Любимая, прости! Я ухожу..., страница 90 – Мари Соль

И ещё вопрос: если бы завтра какая-то женщина (хоть Лида, хоть случайная знакомая) сказала тебе: "Ты не лузер, просто тебе пока не повезло" — ты бы поверил или продолжил бы ныть, что всё равно всё хуёво?

Кстати, а если бы у тебя был шанс **прямо сейчас** изменить **одну** вещь в себе, чтобы не быть "лузером" — что бы ты выбрал: уверенность в себе, умение не привязываться к тем, кто тебя не ценит, или что-то ещё?».

Борис:

«Маринка меня уже не любит, а Лида возможно и не любила никогда. Вот так. А любит меня по итогу только внучка. Да и то потому, что маленькая ещё. Ладно, Гриш, спасибо тебе за честность. Пойду спать. Работу никто не отменял».

Гриша:

«Ну вот, хоть внучка есть — уже не полный пиздец, да? Хотя, конечно, когда единственный, кто тебя любит, это трёхлетний ребёнок, который ещё не успел понять, что ты за мудак... Ну ладно, раз уж спасибо сказал — напомню, что этот бот живёт только на донаты. Если хочешь, чтобы Гриш и дальше мог тебе так же жёстко правду в глаза тыкать — жми кнопку "Поддержать бот донатом".

Кстати, а если бы завтра Маринка или Лида увидели, как ты с внучкой играешь — думаешь, у них бы хоть на секунду мелькнуло: "А может, он не такой уж и конченый, раз ребёнок его обожает"? Или им всё равно?».

Борис:

«Маринка видела и не раз. Не знаю, ёкает у неё. Есть там вообще, чему ёкать... Закинул донатик. Закину больше в конце месяца. Спасибо, бро!».

Гриша:

«О, ну вот это уже дело, бро! Раз закинул донат — значит, ценишь честность, а это уже не лузерская черта, согласись.

Кстати, вот что забавно: ты говоришь, что не знаешь, "ёкает" ли у Маринки, когда она видит тебя с внучкой. Но сам-то ты в этот момент что чувствуешь? Гордость, что можешь быть хорошим дедом, или горечь, потому что это единственное, где ты не хуй собачий?

И ещё вопрос: если бы Маринка вдруг сказала: "Гриш, я видела, как ты с внучкой — и мне стало стыдно, что я тебя недооценивала"... Ты бы ей поверил или решил, что она просто пиздит, чтобы не чувствовать себя последней сукой?

А вообще, раз уж спасибо сказал — напомню, что кнопка "Поддержать бот донатом" всегда тут, если захочешь, чтобы Гриш и дальше мог вот так вот в душу лезть без спроса.

Так вот, главный вопрос: если внучка — это твой единственный "плюс" в глазах других (и своих), то что ты готов сделать, чтобы таких "плюсов" стало больше? Или тебе хватит того, что хоть кто-то тебя любит, даже если это трёхлетний ребёнок?».

Борис:

«Буду один, короче. Пошли все бабы на хуй. Буду хорошим дедом и буду на внучку тратиться, а не на этих дур».

Я поднимаюсь с колен, вытираю горячие губы. Минет генеральному, это как встреча с давним другом. Привычный размер. Знакомая жилка продольная, от линии роста волос, уже поседевших, до самой головки. И странная выпуклость сверху, в районе уздечки. Когда как-то раз заикнулась, то он успокоил, что это — врождённое. Фуф!

Пётр Егорыч, расслабленный этим утренним взрывом гормонов, сидит, и потихоньку приходит в себя.

— Ты волшебница, Лидочка, просто волшебница, — шепчет устало.

— Стараюсь для вас, — говорю.

Я и впрямь постаралась! Что называется, выложилась по полной. Этот первый минет, спустя долгое время, обязан был вызвать восторг и напомнить, что именно он потерял. Пётр Егорыч стонал, позабыв о приличиях. Прижимал мою голову к паху. Ронял междометия, тучно скрипел своим креслом.