Книга Всего лишь измена, страница 126 – Мари Соль

От острой потребности стать ближе к ней, прикоснуться, я тянусь, выключаю все мысли. Не здесь, не сейчас! И обнимаю её. Витка жмётся ко мне. Моя милая рыжая девочка. Ты ещё рядом? Это всё, что мне нужно сегодня. Тебя обнимать.

— Я люблю тебя, рыжик, — шепчу ей на ушко. Когда Витка, устроившись рядом со мной, начинает сопеть.

Она прижимается крепче, теснее. Так, что мы — одно целое! Здесь и сейчас.

— И я тебя тоже люблю, — отвечает взаимностью. А я верю ей. Просто я так хочу в это верить.

Ректором нашего ВУЗа всегда был мужчина. Еврей по происхождению, но русский, по сути. Семён Измаилович Фельдман. Ещё при мне, когда я был студентом, он уже говорил:

— Последний год отработаю, и на покой.

Но работал ещё много лет и после того, как я защитил кандидатскую. Помню, как он жал мне руку. И, несмотря на возраст и тщедушное телосложение, рукопожатие у него было крепким.

— Нашего Фельдмана вынесут отсюда вперёд ногами, — шутила уборщица Люся.

А когда оно так и вышло, то она больше всех сожалела о нём и рыдала в подсобке. Семён Измаилович умер в своём ректорском кресле. Прямо с работы отправился в Рай! Я верю, что он и сейчас обучает уму разуму нерадивые души, что попадают туда. Таков уж он был.

А потом министерство дало единицу. Инесса Васильевна до того, как стать нашим ректором, была на хорошем счету в образовательной среде. Когда-то она, как и я в своё время, решила пойти в аспиранты, затем долго занималась преподавательской работой. После чего её карьера пошла резко вверх. Её взяли замом министра департамента аттестации научных и научно-педагогических работников. Конечно, учтя её пол, было множество слухов! Якобы, пост этот она заслужила не мозгом, а… неким другим местом.

Я не сторонник подобных теорий. Если женщина умная, я признаю! А Инесса такая. Она на пятнадцать лет старше меня. И хватка железная, и ум проницательный. За те десять лет, что она управляет, наш институт получил два солидных «куска пирога» из бюджета. Обновили фасад, что уже обветшал. В компьютерный класс завезли современную технику. Но самое главное, подняли оклад! Главное, для преподавателей, конечно. В том числе, для меня.

Так что я благодарен Инессе. И со всем уважением к ней. Вот и сейчас, будучи вызванным ею, вхожу в кабинет и киваю:

— Инесса Васильевна, доброе утро!

Шефиня сидит за столом. Но, увидев меня, поднимается:

— Дверку прикрой, Константин.

У неё такой облик, что сразу понятна причастность к научным кругам. Фигура весьма и весьма, но формы свои она прячет под плотными тканями. Волосы — в жёсткий пучок. А глаза — под толстенные стёкла диоптрий. Ни намёка на пол! Разве что буковка «И» из чистейшего золота, украшает изгиб пиджака.

Я плотно затворяю за собой дверь кабинета и прохожу вглубь его.

— Костя, садись, разговор будет не самым приятным, — произносит она.

Дребезжание в голосе как-то пугает. Инесса достаточно редко пребывает в волнении. Вот, как сейчас…

— Что случилось? — спешу прояснить.

Она тянет за ниточку, ленты жалюзи на окнах смыкаются. Можно подумать, мы собираемся тут заниматься чем-то постыдным? Забавно! Я сижу в напряжении. Даже пальцы внутри моих кедов начинают сжиматься. А сердце так и вообще вот-вот выпрыгнет вон.

Всякие мысли приходят мне в голову. Меня увольняют? За что? Неизвестно. Но всё это «жжж» неспроста.