Книга Всего лишь измена, страница 69 – Мари Соль

Моложаев идёт покурить. Наш «Сократ», современный философ. Я не курю, но решаю пойти, вдохнуть свежего воздуха. Впереди ещё три сложных лекции, а потом — разбирать курсовые полдня.

У двери деканата меня поджидает Светлана. Студентка-отличница, метит на красный диплом.

— Константин Борисович! — окликает меня, прижимая к груди тёмно-синюю папку, — Я закончила свой реферат, не посмотрите?

— Да, Моисеева, с превеликим удовольствием я ознакомлюсь с твоими трудами, — мой тон официальный намеренно. Ведь глаза у студентки блестят, как январские звёзды.

Не так давно, в череде рефератных листков обнаружил записку. Где почерком юной Светланы моё имя склонялось по-всякому: «Костя, Костенька, Константин, Константюша». И так много раз! Плюс сердечко, которое тут же лишило иллюзий, что это «жжжж» неспроста.

«Только этого нам не хватало», — подумал тогда, изорвал сие дело. И решил сделать вид, что не видел! Навряд ли Светлана специально? Скорее, листок угодил по ошибке, а я прочитал…

Моложаев меня поторапливает:

— Борисыч, идёшь?

— Да, да! — говорю с облегчением. Беру тёмно-синюю папку из рук Моисеевой и торопливо иду вслед за ним.

— Что, влюбилась девчонка? — смеётся коллега.

— Да, брось! — я пытаюсь свернуть.

В коридоре, и тут, и там, кучки студентов. Из буфета доносятся запахи. Но я берегу аппетит! У меня в сумке свёрток. Где заботливой Виткиной ручкой уложены три бутерброда. После следующей пары согрею чаёк. Закушу…

— Вон, глазёнки сверкают! — продолжает Артур Вячеславович гнуть свою линию, — Я же не раз видел подобное. У них сейчас возраст! А девочки млеют от умных мужчин.

— Да уж, от скромности ты не умрёшь, — порицаю усмешкой.

— А чего? Принимай комплименты! Главное, дистант держи, — достаёт сигарету, когда мы выходим на улицу с заднего хода.

— Да, я и представить себя не могу с вот такой, типа Светы. Она ж моей дочери младше! Я что, педофил?

Свежий воздух пропитан весной. Сладкий май как предвестие лета.

— Хорошо, у меня сыновья, — говорит Моложаев, и на мой осуждающий взгляд, отвечает, — Я что? Я ни-ни!

Из троих моих лучших друзей только я прочно сел в нашем ВУЗе. Толик Зарецкий ушёл на коммерцию. Платят там лучше, само собой! Но я — однолюб. И не только в любви, но и даже в работе.

Он, к слову, женился на юной студентке. Сам был уже выпускник-аспирант. А она поступала. У них восемь лет разницы, двое детей, 7 и 10. Но общение парами как-то не вышло. Хотя я не особо пытался свести наших жён! Хватает общения с другом итак.

Третий, Мишка Дымцов, укатил за границу. Его поманили, и он укатил! Сперва по обмену, да так и застрял на чужбине. Ему там неплохо! Зовёт: «Приезжай!». Только как я приеду? У меня отпуск летом. А в летнее время кафе «ВитаМила» трещит от наплыва клиентов, по швам. Мало того, что студенты, вдохновлённые летней жарой. Так ещё и туристы, уставшие от долгих экскурсий, стремятся набить животы.

Согласился на эту интригу. Даже сам бизнес-план написал! Знал бы я, что кафе станет смыслом Виталькиной жизни? Ревную! Но что уж теперь…

Попивая чаёк между парами, набираю жену.

— Алло? — слышу в трубке.

— Приветик, родная! Ты как?

— Хорошо, — отвечает она, — Ничего не случилось?

— Нет, — говорю я, жуя бутерброд, — Просто хотелось твой голос услышать. Что делаешь?