Онлайн книга «Ты - наша»
|
Ситуация не перестает быть отчаянной, я по-прежнему в машине, наедине с одним из самых пугающих парней универа. И везет он меня не в общагу. Но теперь страха нет, совершенно. Камень не сделает мне плохо. Не сделает ничего, что мне бы не понравилось. Почему я в этом уверена? Не знаю. — Да, — отвечаю я ему. — Да. Нам надо поговорить, ты прав. Но для этого не обязательно меня вести к себе… — Почему? — Камень удивляется так искренне, что даже забавно, — не в машине же. Хочется спокойствия. — Я… Я не думаю, что это правильно, — не могу напрямую сказать ему, что опасаюсь того, что между нами происходит наедине. — Маленькая… — он неожиданно наклоняется, берет меня за руку и мягко целует пальцы, — не бойся меня. Я не обижу. Ох… Его губы горячие, уверенные. И слова — тоже. Ему хочется верить. И я почему-то верю. Дурочка, наверно… Маринка бы выразительно покрутила у виска пальцем, но… Но если не верить, то зачем тогда это все? Проще уже сейчас начать выпрыгивать из машины. Мы поворачиваем к частному сектору, заезжаем в проулок, тормозим перед автоматическими воротами. Я настороженно оглядываюсь. Вокруг частные дома, забор, высокий довольно, медленно поднимаются ворота… — Не волнуйся, маленькая, — Камень снова легко считывает мое напряжение и испуг, — клянусь, ничего тебе не грозит. Это просто мой дом. — Твой? — Да, от матери достался, — кивает Камень, заезжая в ворота, — не смотри вокруг, тут страшновато, я не до конца еще все разобрал… В доме самом получше. Он выходит из машины, открывает мне дверь, тянет за руку, помогая выйти. — Ну вот, маленькая… Ты и у меня дома… — Камень на мгновение прижимает меня к себе, позволяя услышать, как взволнованно и сильно бьется его сердце, — охренеть… Сам не верю… Я смотрю в его лицо, чувствуя странное смешение эмоций внутри: чуть-чуть испуга, напряжения, интерес, все это перекрывающий. Я впервые наедине с парнем, на его территории. Сама приехала… Ну, не то, чтоб сама, но не сопротивлялась… Что теперь будет? Что будет со мной? Все внутри сладко и судорожно сжимается, и сердце бьется все сильней и сильней… Камень аккуратно ведет пальцами по виску, убирая волосы на ухо, смотрит в глаза… И это мгновение я, кажется, на всю жизнь запомню, как нечто сокровенное… — Пошли в дом, маленькая, — неожиданно хриплым голосом говорит Камень. Я киваю. Мы проходим через совершенно классические деревенские сени, даже с цветными занавесками на окнах и большим столом, застланым клеенкой. Все чистое, хотя и очень-очень ветхое. — Это от матери еще осталось, — комментирует Камень, подталкивая меня дальше к двери в дом, — не успел толком убрать, только клининг прогнал тут. Он распахивает внутреннюю дверь и пропускает меня вперед, в большую просторную комнату. Оклеенную выцветшими обоями в серый ромбик. Практически пустую, если не считать нового здоровенного дивана и огромной плазмы на стене, довольно дико смотрящейся, особенно на контрасте с узкими деревенскими окнами, занавешенными такими же старенькими шторками, что и в сенях. Что-то еще есть в комнате, какая-то мебель, и маленький кухонный уголок, икеевский, кажется, но я уже не разглядываю. Потому что на плечи мне ложатся тяжелые ладони Камня, а макушку обжигает горячий шепот: — Маленькая… Сука, я не верю даже… |