Книга Развод в 45. Получи свою… Вишенку!, страница 90 – Дора Шабанн

Пока здравых и безопасных мыслей в голове не появилось, так что собралась на работу и, от греха, взяла такси.

Не разорюсь, а душе спокойнее.

Уже подходила к офису, когда позвонила Катюша:

— Мама, что там случилось? Папа в больнице.

— Детка, видела папу вчера вечером, был абсолютно и полностью здоров.

Дочь вздохнула:

— Лежит в травме, у него сотрясение, перелом левой ноги и правой руки.

Присвистнула про себя. А потом спохватилась:

— Радость моя, ты же, надеюсь, не ожидаешь, что я все брошу и поеду к нему в больницу?

— Ну, ма-а-ам…

Только не опять!

— Милая, — вздохнула устало, — мы с папой друг другу совершенно чужие люди. И собственно, то, что папа делал последние пару месяцев, это, в общем-то, даже при сильно развитом воображении и богатом словарном запасе, вежливо никак не назвать. Только матом. И нет, я не поеду к нему. Не проси.

— Я тебя поняла, — пробурчала Екатерина Алексеевна и отключилась.

Я не стала расстраиваться, ибо тут у меня позиция принципиальная: к прошлому возврата нет. Тарасов меня утомил, пусть лежит себе, где положили.

Конечно, грех так радоваться, но отметила мыслено: вечером, возвращаясь с работы, надо будет зайти в любимую церковь. Поставлю свечку за здравие Алексею Петровичу, и можно считать собственный долг перед ним и его здоровьем исполненным. Но ехидная мыслишка, что бывшего мужа наказал Господь, всё равно в голове крутилась.

А рабочая среда понеслась сразу и на сверхзвуковых скоростях.

Выполнения тащили чередой чуть ли не все подрядчики разом, коллеги нервничали, злились и ругались из-за пустяков. Было напряженно.

И да, до конца недели это веселье лишь набирало обороты. Перемещалась я между домом и работой исключительно на такси и в состоянии несвежего зомби, то есть окружающую действительность воспринимала с трудом и только когда она, эта действительность, каким-то образом меня трогала.

В эти суровые дни дым в офисе и вокруг стоял коромыслом. Работали мы с моими пчёлками в поте лица от зари до зари. Если я и бегала к руководству на селектор, то старалась уйти оттуда как можно быстрее, потому что срочных и обязательных дел было невпроворот.

Ни о чем постороннем думать и переживать времени не было.

Но тем не менее краем уха сплетни мы все равно уловили. Тем более, такие.

— Вы слышали, в «Главстрое» революция⁈ — заговорщически сообщила мне Ирина Александровна, принеся две чашки кофе и устраиваясь рядышком, потрындеть.

Глаза мои уже не смотрели, голова не варила, поэтому перерыв был кстати, хоть бы и на сплетни.

— Я, конечно, не слышала. У меня тут их документов за глаза и за уши. Хотя нужно сказать, что оформлены они в этот раз достойно.

Штерн фыркнула:

— Естественно. Вишневицкий теперь пасет транспортировку, а еще полез в объемы «сыпучки». Перебазировку тоже по карте начали выверять. У них уже сменились замгендира по производству, замгендира по комплектации и глава договорного отдела.

А я сидела, вытащив глаза, и понимала, что в стороне остаться не получится. Как минимум с комментариями, но Александр Фёдорович ко мне явится. И хорошо бы эти комментарии были цензурные.

Так, собственно, и вышло.

Сначала в дверном проеме показались многочисленные коробки, а следом водворился Вишневицкий.

Пришлось ставить чайник и собирать на стол.