Книга Папа для Вишенки, страница 19 – Диана Рымарь

Взгляд этот меня удивляет больше всего остального.

Обычно Наталия на меня смотрит нейтрально, угодливо, с готовностью выполнить все мои указания. Иногда с легкой опаской — когда я недоволен или раздражен. И никогда вот так — с долей восхищения, будто я совершил что-то действительно достойное.

— Вы подумали обо всем, — говорит она тихо, разглядывая детский крем и присыпку. — Я бы и половину нужного не вспомнила.

Разбор вещей действует на нее странным образом. Надо же, понравилось!

А ведь ей-то я ничего не купил. Ни зубной щетки, ни чего еще нужного. А надо было. Не догадался, болван. Завтра исправлюсь обязательно.

Но если ей ничего не перепало, почему она на меня так смотрит? И почему это меня настолько волнует?

Эти две особы женского пола, маленькая и большая, странно на меня действуют. Словно распаковывают не только пакеты, но и мои тщательно запрятанные чувства, которые я вообще никому никогда не показываю. Осознание заставляет меня нехило так напрячься.

Неожиданно Наталия спрашивает:

— А куда же мы все это денем?

Вопрос вопросов.

Оглядываю гостиную и понимаю, что секретарь права. Комната теперь напоминает филиал детского отдела супермаркета — повсюду разбросанные игрушки, коробки, упаковки. Виолетта сидит посреди этого хаоса, крепко прижимая к себе вишенку и одновременно пытаясь дотянуться до музыкального телефона.

Ничего здесь уже не напоминает о строгом минималистичном стиле отделки, как задумывалось декоратором.

Машу рукой, отдавая очередную комнату на поругание:

— Несите в гостевую, пока что эта комната объявляется детской.

Сам чешу лоб, подмечая, как разительно и быстро меняется моя квартира, адаптируясь под нужды маленькой девочки. Еще вчера здесь была образцовая холостяцкая берлога, а сегодня… Эдак маленькая Вишенка скоро заполонит своими вещами и мою спальню!

Главное — к ней не привыкать. И к Наталии, расхаживающей по моей квартире в костюме с Пикачу, — тоже. Они здесь временно, это надо помнить.

Уже собираюсь все-таки запереться в кабинете и поработать, как приходит сообщение от человека из Питера. Того самого мальца, который был отправлен на поиски матери Вишенки.

Наконец-то новости.

Роберт

Спалось мне в эту ночь, мягко сказать, хреново.

Ворочался с бока на бок, стараясь найти удобное положение на своей ортопедической постели. Главное, раньше спал как младенец. А теперь…

Мысли бесконечно крутятся вокруг Вишенки и ее пропавшей матери, словно заевшая пластинка.

Дело, которое казалось плевым: найти мамашу-гулену и сплавить ей ребенка обратно, неожиданно приобрело серьезный оборот.

К шести утра я окончательно сдаюсь, не уснуть мне сегодня.

Еле-еле дождавшись семи утра, снова звоню своему человеку, который полночи опрашивал жителей общежития в поисках Елены Татариной. Вчера он мне так ничего толком и не сообщил, надеюсь сегодня ситуация изменится.

Лежа в кровати, слушаю длинные гудки.

— Алло, — наконец раздается сонный голос детектива. — Ничем порадовать вас пока не могу, не нашли…

— Как это — до сих пор не нашли? — тихо рычу в трубку. — Вы вообще профессионал или кто? Неужели так сложно найти одну-единственную девушку? Не поверю, что ни одна живая душа не знает, куда она подевалась.

В трубке слышится шорох — видимо, мужик окончательно просыпается.