Онлайн книга «Папа для Вишенки»
|
На другом конце слышится напряженное дыхание, звуки улицы, гудящих машин. — Ты уже на улице, что ли? Я сказал, немедленно… И тут Наталия мне выдает: — Я вам не рабыня, ясно? А это откуда взялось? Я что, брал ее в рабство? Подумаешь, пару дней посидела с ребенком, цаца какая… От возмущения даже Вишенка замолкает. Очевидно, что также не одобряет гадкий поступок Наталии. Впрочем, замолкает дочка ненадолго. От ее следующего крика я аж вздрагиваю — с ребенком явно что-то не то. — Возьмите уже ее на руки! — возмущается Наталия в трубку. — Вот ты вернись и возьми! — ругаюсь я. — Что такого ужасного я тебе сделал, что ты сбежала? Я тебя не насиловал, не избивал, плеткой не угрожал. Зачем было… Наталия перебивает меня, произнося с издевкой: — А вы представьте, что у вас тест-драйв на роль отца-одиночки, Роберт Артурович. Потому что я за такую свинью замуж не пойду! Вы свинья, Роберт Артурович! На этом она бросает трубку. Я остаюсь со своей проблемой один на один. — А-а-а… — кричит Вишенка. Чувствую исходящий от нее характерный запашок. Ядреный, въедливый… Изрядно попахивает, прямо как все то дерьмище, которое случилось со мной этим утром. Глава 15. Отец-одиночка Роберт Поняв, что Наталия и не думает возвращаться, я кладу телефон на стол. Сжимаю и разжимаю кулаки, пытаясь разработать план действий. Отрезаю эмоции, осматриваю поле боя, чтобы выработать стратегию поведения. Сирена-Вишенка не утихает. Дочка явно оскорбилась, что я ничего не делаю с ее неприятностями в подгузниках. Смотрит на меня, как на врага народа, и плачет крупными слезами. Надо сказать, это зрелище не для слабонервных. Огромные зеленые глазищи с длинными ресницами, мокрые от слез… Я — мужчина далекий от обычных человеческих эмоций, но тут у любого сердце екнет. Подхожу ближе, снова пытаюсь проделать тот же финт с поглаживанием плеча ребенка, говорю успокаивающим тоном: — Ну-ну… Не действует. Поток слез увеличивается раза в два, и наконец Вишенка тянет ко мне руки. Что делать, беру. Поднимаю дочку, держу на вытянутых руках, ведь запашок от нее еще тот. А что делать дальше, не представляю… Почему Наталия не оставила инструкции? Как она могла уйти вот так, даже не потрудившись объяснить мне элементарных вещей? Крайняя безответственность, пофигизм, редкая степень хамства… И это мой лучший сотрудник? Позор! — Так, Роберт, — командую себе. — Ты разработал приложение, которое решает сложнейшие математические примеры и уравнения, если навести камеру на задачу. Неужели ты с детскими какашками не справишься? Справлюсь. Что я не мужик, что ли? Несу девочку в ванную. Тут же жалею, что не подумал о такой вещи, как перчатки. Нет их в моей ванной… Надо бы завести, они же просто необходимы в такой ситуации. Кое-как снимаю с Вишенки пижаму, складываю в корзину для белья. Дальше пытаюсь стянуть с нее подгузник-трусики. Это жесть! Это ужас и кошмар! Как родители вообще это делают? Зачем вообще люди какают? Особенно дети… Избавившись от грязного подгузника, я поливаю Виолетту из душевой лейки. Делаю это долго и тщательно. Потом щедро прыскаю на нее гель для душа с ароматом персика и снова поливаю. Так три раза для пущей чистоты. Неожиданно девочка успокаивается, ей определенно нравится такая игра. Правильно, это же так весело — зачерпывать пену и швырять ее в меня. |