Книга Папа для Вишенки, страница 57 – Диана Рымарь

Отвечаю почти шепотом:

— Может и не хотел, в крайнем случае не собирался.

— Жалеешь? — спрашивает он прямо, без обиняков.

От этого вопроса у меня перехватывает дыхание. Жалею ли? Честный ответ — не знаю. Это было прекрасно и ужасно одновременно.

— Роберт Артурович, я в записке все написала, — лепечу я. — Давайте сделаем вид, что…

— Трусиха и лгунья! — обрывает он меня.

Торопею от его слов, понятия не имею, как реагировать. В груди все сжимается от обиды и стыда.

Будь он просто знакомым, был бы сейчас послан куда подальше витиеватыми фразами. Но посылать начальство — паршивая тактика, если хочу какого-то карьерного роста или хотя бы годных рекомендаций при увольнении.

Прикусываю язык, чтобы, не дай бог, не сболтнуть что-нибудь обидное. Не хочу усугублять ситуацию.

— Думаешь, я буду за тобой бегать, что ли? — продолжает он с пренебрежением.

Роберт и бегать? Это точно не про него. А как сказал-то… Высокомерно, с таким пренебрежением, как будто я — низшее существо. Сволочь!

— Нет, я так не думаю, — тихо отвечаю, опустив глаза.

— Хорошо, Наталия. — Роберт резко переходит на деловой тон. — Раз вы хотите сделать вид, что ничего не было, значит ничего не было.

На этом он разворачивается и уходит в свой кабинет. Дверь захлопывается с глухим стуком.

И все? Я отстрелялась?

Фух… Облегчение накатывает волной, ноги слабеют, и я сажусь.

Можно продолжать дальше жить. Наверное… Хотя что-то мне подсказывает, что все не так просто.

Только тут понимаю, в какую глупую ловушку себя загнала. Он ведь не забудет мне это, придумает, как сделать мою жизнь на работе невыносимой. Станет издеваться или, того хуже, найдет к чему придраться и депремирует. А может и вовсе уволит.

Шутка ли — бортануть самого Роберта Артуровича на утро после секса. Да еще таким хамским способом.

Однако Роберт ничего этого не делает.

Он вообще как будто обо мне забывает. Полный игнор.

Ни единого поручения, ни вообще ничего.

Сижу, как живая декорация, в его приемной.

Даже кофе и тот ему сегодня не нужен.

Спустя час напряженной работы — точнее, напряженного ничегонеделания — у меня окончательно сдают нервы.

И тут в приемную является… бывшая любовница босса.

Ангелина-сучка-длинные-ноги.

Она в боевом раскрасе, с алой помадой на губах и в таком же алом пальто. Даже шпильки на ней красные, тонкие, как иголки. Вся как огонь, как вызов.

— Здравствуйте, Наташенька, — щебечет она сладким голосом. — Роб у себя?

Ах, значит, для нее он Роб… Как интимно, как по-домашнему.

Сама не замечаю, как начинаю скрипеть зубами.

— Да, у себя. А вам назначено? — стараюсь говорить профессиональным голосом.

— Ну что вы, мне всегда назначено, — отвечает она и кокетливо ведет плечом.

Неожиданно я замечаю, как в вырезе ее пальто поблескивает стразами кружевная лямка от бюстгальтера. А когда она поворачивается, из-под короткого пальто слегка выглядывает кромка чулок — тонкая черная полоска на загорелой коже. Юбки, очевидно, тоже нет. А значит, она пришла к Роберту с весьма конкретной целью.

Тут-то я и понимаю, к чему все это. Пазл складывается в отвратительную картинку.

Нет, Роберт не будет изводить меня рабочими моментами. Он выбрал более действенную тактику — психологическую.

Раз я его отшила, отчего бы не провести вереницу любовниц через приемную, чтобы показать, как мало я для него значу? Как легко меня заменить?