Книга Развод. Ты свободен, предатель!, страница 65 – Мария Геррер

С разделом фирмы дела обстояли сложнее. Антон категорически не желал делиться со мной и Стасом. А мы не собирались уступать ему. С какой стати? Стас правильно сказал — я слишком много отдала бывшему мужу. Разбитое сердце, обманутое доверие и слезы горечи имеют свою цену. Раздел фирмы затянется возможно на годы, но мы со Стасом не спешим.

Уже через день мне позвонила риелтор и предложила посмотреть квартиру. Трехкомнатная просторная сталинка с окнами во двор требовала небольшого ремонта.

— Тебя не смущает, что это старый жилой фонд? — поинтересовался Стас, критически оглядывая помещения.

— Нет. Ничем не хуже новостройки, — мне нравился янтарный паркет и высокие потолки.

Отличный дизайнерский ремонт, вот только кухню не успели довести до ума — плитка на полу лежала старая, обои требовали замены, многоуровневый натяжной потолок смотрелся как привет из начала двухтысячных, но квартира уютная и светлая, отличный район. В большие окна любопытно заглядывал раскидистый каштан. Однозначно, мне эта квартира пришлась по душе.

Однако спешить с покупкой я не собиралась. Посмотрела еще несколько вариантов. Но первая квартира влекла меня как магнитом. Был в ней какой-то непродаваемый шарм, уют и спокойствие. Что-то напоминающее далекое беззаботное детство.

И я решила снова посмотреть ее. И попытаться найти то, что мне точно не понравится. На просмотр я пригласила Наташу — пусть подруга скажет свое мнение. Как архитектор Наташа наверняка найдет в ней массу недостатков. Может, перепланировка не узаконена, или стены из гнилых досок, или со стояками проблемы.

Мы пришли с Наташей смотреть квартиру в ее обеденный перерыв. Кроме риелтора нас ждал хозяин — мужчина чуть за пятьдесят, среднего роста, с сединой в темных волосах, безупречно выбритым подбородком, с аккуратными седыми усами и задумчивым взглядом серых глаз. Немного полноватый, но это его не портило. Было в его облике что-то располагающее.

— Валерий Семенович, — представила нам собственника риелтор. — Можете задать все интересующие вас вопросы ему.

Наташа тут же перешла к делу, поинтересовалась, когда и кто менял стояки, как давно хозяин владеет квартирой, какие ремонтные работы проводил, паркет восстановленный или новый.

Собственник отвечал коротко и толково. Рассказал о соседях и даже познакомил меня с ними. В основном в доме жила молодежь. Удивительно, но сталинки снова стали популярными. Только этажом ниже жила пожилая пара, к которым часто приводили внуков — закрытый зеленый двор с детской площадкой теперь большая редкость. Большинство дворов в наши дни забиты автомобилями. Парковка была и в этом доме, но за счет того, что квартир мало, машин тоже было немного.

— А почему вы продаете такую замечательную квартиру? — поинтересовалась Наташа.

— Дети выросли, разлетелись по другим городам. Жена умерла три года назад. Куда мне такие хоромы? — вздохнул Валерий Семенович. — Брожу по ним как по музею.

Квартира и правда напоминала музей — по стенам картины в массивных резных рамах, в антикварных витринах коллекции фарфора.

— Жена собирала, — кивнул в сторону резного буфета Валерий Семенович. — Она была искусствоведом в нашем художественном музее, понимала толк в подобных вещах. Оставил себе на память несколько статуэток. Я в этом ничего не понимаю, дети тоже. Что-то передали в музей, а остатки распродаю. Нельзя жить прошлым. А подобные вещи слишком бередят воспоминания. Знаете, я очень тосковал после смерти жены. Чуть пить не начал. Но вовремя остановился. Приехал мой друг, встряхнул меня, заставил взять себя в руки. Он мне так сказал — не жалей себя, не ной. Ты прожил с Валечкой прекрасную жизнь. Вот и вспоминай светлые моменты.