Книга Бывший. Первый. Единственный, страница 55 – Ольга Сахалинская

От него исходит столько силы, какой-то животной, первобытной энергии, что меня пробирает дрожь, словно я оказалась в дикой природе лицом к лицу со львом.

— Доброе утро… — слова вылетают неловко и тихо. Голос предательски дрогнул.

Рома резко поворачивает голову. Его лицо… Боже мой. Легкая щетина делает его еще мужественнее. Карие, чуть раскосые глаза смотрят глубоко, пронзительно, словно сканируют. В них есть что-то требовательное и одновременно нежное, отчего я невольно ёжусь. От этого взгляда хочется сбежать, закрыться в ванной и не выходить оттуда, пока он не оденется и не покинет мою квартиру.

Это просто невыносимо. Какой-то сюр! Мой начальник у меня дома, в одних трусах, делает себе кофе! И выглядит так, будто он здесь хозяин!

По его лицу вообще невозможно понять, какое у него настроение. Помнит ли он вчерашний вечер? Его признание… что он любит меня?

— Доброе, — отвечает он. Его голос звучит хрипловато и как-то… по-хозяйски. Он подходит к холодильнику и открывает его.

Я отворачиваюсь, чтобы не рассматривать его пресс, эту тёмную полоску волос, которая начинается прямо над резинкой белья. Нужно взять себя в руки. Нужно что-то сказать. Нейтральное. Сделать вид, что всё в порядке.

— Может, тебе нужен шипучий аспирин, а не кофе? — спрашиваю, стараясь придать голосу непринужденность.

— Не так уж мне и плохо, как ты думаешь, — ухмыляется он, доставая бутылку воды с боковой полки. Его глаза лукаво блестят.

— Я просто предложила из вежливости, — парирую я. — Не парься.

Он захлопывает дверцу холодильника и оборачивается.

— Почему холодильник пустой? — спрашивает он, глядя на меня в упор. — Ты вообще питаешься?

В его тоне звучит что-то властное, даже требовательное, и это меня задевает. Нахлынивают неприятные воспоминания. Руслан всегда так делал. Пытался надавить, морально подавить. Но ему было плевать на моё здоровье. Ему просто нравилось уличать меня в неподчинении, даже в таких мелочах, как пустой холодильник.

Но у Ромы другое. Он будто беспокоится. Или мне хочется так думать? Надеюсь, он не собирается читать мне нотации о здоровом питании.

— Потому что я питаюсь святым духом и росой, собранной на рассвете, — иронизирую я, проходя на кухню и, набирая воду в чайник, включаю его. — Может, мне еще отчитываться о своей продуктовой корзине? — чувствую, как начинаю заводиться.

Рома хмыкает.

— Просто беспокоюсь, чтобы мой лучший сотрудник не падал в голодный обморок на рабочем месте.

— Я не падаю в обмороки, — отрезаю я. — И вообще, тебе пора одеваться и уходить.

— Успею еще, — отвечает он, делая глоток кофе. — Кофе, кстати, не очень, — кривляется он, забавляясь. Рома нарочно меня провоцирует!

Я не выдерживаю. Чувствую, как щёки предательски начинают гореть.

— Знаешь что? Иди уже. Я в душ, — выпаливаю и поспешно скрываюсь в ванной.

Чёрт, я просто сбежала! Как трусливая девчонка! Рома своей энергетикой заполняет всё пространство. Её так много, что я чувствую её даже здесь. Не глядя закрываю дверь на замок, проверяю, заперта ли она.

Встав под тёплые струи воды, я пытаюсь прийти в норму. Мысли о мужчине на моей кухне вертятся в голове, не давая покоя. Его взгляд, его слова… тело. Боже, почему я не могу просто выбросить всё это из головы?

Замечаю, что моё полотенце влажное. Он им вытерся. До меня. Колеблюсь, но всё равно промокаю им тело. Накидываю махровый халат и выхожу в коридор.