Книга Бывший. Первый. Единственный, страница 77 – Ольга Сахалинская

По возвращении в спальню Рома уже не спит.

— Доброе утро, — хриплым голосом произносит он, улыбаясь одними глазами.

— Доброе, — отвечаю я, чувствуя, как к щекам приливает кровь.

Когда я начинаю собирать с пола одежду, Рома тянется ко мне, притягивая за талию. Теряю равновесие и падаю на него, громко вскрикнув. Халат развязывается, обнажая мои плечи и ключицы.

— Ты куда так рано? — с довольным рыком спрашивает он, зарываясь лицом в мои волосы. Его большие ладони оказываются на моих ягодицах, поглаживают их и сжимают. От его прикосновений по телу пробегает дрожь. Дыхание перехватывает, а внизу живота начинает сладко тянуть. Кажется, что всё моё тело откликается на его ласки.

— Пора вставать. Нам, вообще-то, на работу надо, — с улыбкой возражаю, пытаясь скрыть волнение.

— Работа подождёт, — бормочет Рома, притягивая меня ближе для поцелуя. — Начальник я или кто?

— Это называется злоупотребление полномочиями, Роман Николаевич, — игриво корю и издаю невнятный звук, когда его губы накрывают мои с напором и страстью.

Позже, утомлённые и счастливые, мы принимаем совместный душ и идём на кухню. Рома не отпускает меня ни на секунду, прижимается, обнимает со спины, пока я достаю продукты из холодильника. Его губы касаются моей шеи, и он шепчет мне на ухо что-то волнующее, обжигая кожу горячим дыханием.

Мы готовим завтрак вместе, то и дело прерываясь на поцелуи и объятия. Рома поднимает меня на руки, словно пушинку, и кружит по кухне, вызывая мой смех. В итоге яичница слегка пригорает, но это ничуть не портит вкус. Мы сидим за столом, наслаждаясь утренней тишиной и обмениваясь взглядами, полными тепла и нежности.

В глубине души, словно лодку на волнах, покачивается тревожное предчувствие предстоящего визита в полицию. Но даже эта мысль не способна омрачить эйфорию от утреннего уединения с Ромой.

С трудом отстранившись от Ромы, я пытаюсь взять себя в руки и встретить новый день, полный навалившихся проблем.

День давно вступает в свои права, когда мы подъезжаем к серому зданию районного отделения полиции. Вокруг — типичный пейзаж: обшарпанная парковка, унылые лавочки, курящие у входа полицейские. Запах здесь особый — смесь дезинфицирующих средств, дешёвого кофе и затхлости. Внутри — гул голосов, скрип стульев, кашель, приглушенные звуки работающих принтеров. Всё это давит, создавая атмосферу безысходности и бюрократии.

Мы проходим в дежурную часть, где за высоким столом сидит уставшая женщина в форме. Она равнодушно кивает в ответ на наше приветствие и указывает на кабинет с табличкой «Следственный отдел».

В коридоре царит полумрак. На стенах — выцветшие плакаты о розыске преступников и правилах поведения в общественных местах. Я чувствую, как внутри нарастает тревога. Руки слегка дрожат, а сердце бьётся быстрее. Рома замечает моё состояние и крепко сжимает мою ладонь. Его тепло и поддержка — словно якорь, который удерживает меня от паники.

В кабинете нас встречает молодой следователь, лет тридцати, с взъерошенными волосами и усталым взглядом. На его столе — гора бумаг, пустые кофейные стаканчики и пепельница, полная окурков. Он вяло здоровается, не поднимаясь со стула.

Начинается утомительная процедура. Следователь задаёт однообразные вопросы, перебивая и требуя уточнений. Я стараюсь говорить чётко и спокойно, но с каждым словом в голове всплывают обрывки вчерашнего дня: злобное лицо Руслана, его руки… Чувствую, как снова немеют кончики пальцев, а в горле пересыхает. В такие моменты Рома незаметно кладет свою руку мне на колено, одобрительно сжимая его, давая понять, что он рядом.