Книга Где болит, там любит, страница 23 – Екатерина Ромеро

Кладу трубку, доползаю до спальни. Дико хочется принять душ, вот только едва отодвинув манжет кофты, я вижу синяки на запястьях. Не хочу видеть, не хочу знать. Хочу просто все забыть и его тоже.

Мне везет, теть Люба уснула. В квартире тихо, а мне умереть хочется. Как только глаза прикрываю — словно кадры из фильма. Вот Гордей. Он меня целует и мне так нравится, а после я словно просыпаюсь. И он делает мне больно, не дает уйти.

Кажется, я забиваюсь беспокойным сном, из которого меня вырывает звонок в дверь.

Открываю. Мироська бледная как смерть.

— Прости меня, Дина-а! Кто ж знал. Солнце, ты как?

Молчу. Мне нечего сказать. По мне точно каток проехал с острыми шипами.

— Твоя тетя дома?

— Да.

— Пошли к тебе в спальню. Быстро!

Мирося хватает меня за руку, когда оказываемся в моей комнате, я сажусь на кровать, а она берет стул и плюхается на него напротив.

— Девочка, немедленно все мне расскажи! Что там произошло? Артурчик так тараторил, я ничего не поняла. Кто-то напал на тебя, больно сделал?

Облизываю потрескавшиеся губы, а после медленно снимаю кофту. Под ней платье, а также мои синяки, которые уже начали сиять всеми цветами радуги.

Глаза Мироськи становятся больше.

— О боже… кто это натворил?!

— Гордей.

— Гордей?! Ну все, хана ему будет. Ого, у тебя синяки. Он что, тебя избил?

— Нет, держал. Крепко.

— Так, вы что, ну это? Он тебя…

— Да.

Выдавливаю из себя, слезы катятся по щекам, быстро их вытираю.

— Девочка моя бедная, это я виновата. Не надо было тебя там одну оставлять. Я думала, ты с Гришкой рядом будешь, а утром уедешь. Это из-за меня.

— Нет, ты не виновата. Это я. Я сама захотела остаться.

— И, ну, как это было?

— Больно. Мне было так больно! Он был пьян. И как зверь. Со мной. Да и я тоже. Выпила первый раз в жизни. Я не так хотела…

Воздуха мало, вздрагивают плечи, еще и икота чертова нападает. Мира серьезно смотрит мне в глаза:

— Душ принимала?

— Нет еще.

— Отлично. Так, он предохранялся? Ты помнишь чтобы использовал презерватив?

— Нет. Не было ничего. Я такого не помню.

— Ты уже выпила таблетку, я надеюсь?

— Какую таблетку?

— Алло, у вас был незащищенный секс! Дина, еп твою мать!

— Я ничего не пила. Мне и так плохо.

— Так, я поняла, ладно. Сейчас в аптеку сгоняю, а ты собирайся.

— Куда?

— Как куда? В больницу и милицию! Заявление на этого ублюдка писать будешь!

— Не буду.

— Чего? С ума сошла? Дина, я понимаю, ты еще в шоке и все такое, но за то, что этот мажор сотворил с тобой, срок дают вообще-то. Пойдешь и напишешь на него заявление как миленькая, дашь показания! В клетке такой козел сидеть должен под замком!

— Я сама, сама же туда пришла и у него дядя влиятельный.

— А у меня тетя влиятельна и что?!

— Я им сказала, что не буду писать заявление. Боялась, что не отпустят. Что снова…

— Ну, понятно, что бы ты им еще там сказала.

— Я боюсь с ним связываться, Мир… мне страшно.

— Боже, как же он тебя напугал. Девочка. Так, ну-ка, быстро собралась и сопли вытерла! Да больно, да неприятно, но оставлять это так я тебе не позволю! Он будет отвечать за то, что натворил! Вставай, идем, быстро!

Я плохо помню, что дает мне Мирося, плохо помню и саму дорогу, больницу, милицию. Долгие объяснения и вся эта процедура выжимают меня так, что под конец я уже едва волочу ноги.