Книга Спасибо за ночь, страница 71 – Юлия Гетта, Елена Рахманина

Чувствую, как он сдерживает свой напор. Но мне самой так не терпится добраться до точки, ведь от возбуждения даже больно. Что я сама стараюсь насадиться на него. Глубже и быстрее. И когда достигаю кульминации, мир расползается. Трескается. Остаются только звёздочки. Их немыслимое количество. И они такие яркие. Но, даже закрыв глаза, я вижу их. И парю вместе с ними, ощущая невесомость.

А затем в каждой из них будто гаснет свет. Ворочаюсь среди ночи. И на секунду в полусне открываю глаза, видя спящего Стрельца. Чувствуя, как под щекой бьётся его сердце. И вновь возвращаюсь в сон.

Наша с шефом поездка в Париж на конкурс кондитеров как-то неожиданно превратилась в секс-марафон. Не знаю, планировал ли Стрелец это изначально или пребывал в таком же шоке от происходящего, как и я, но стараюсь об этом не думать.

Мы мало разговариваем, в основном занимаемся любовью всё время, помимо того, что проводим на конкурсе. Моё беременное либидо сходит с ума от восторга, а у Георгия, кажется, с либидо всегда было всё отлично.

К слову о конкурсе. Не знаю, что именно сыграло роль — мои бушующие гормоны, благодаря которым я находилась «в ударе», или мастерство, ревностно оттачиваемое мною годами, а может быть, и то, и другое сразу… Но во втором и третьем туре конкурса я держусь в тройке лидеров. А в финале неожиданно для самой себя и вовсе вырываюсь вперёд. И становлюсь победителем.

На самом деле, зная своих соперников, говоря Стрельцу о своей победе, я бравировала. Поэтому когда мне вручают награду, на моём лице все оттенки шока.

А Стрелец сияет так, будто это он сам только что одержал победу среди лучших кондитеров Европы.

— Не ожидал, да, что неприметная Шишкина может порвать Париж? — не удерживаюсь от подколки я, шагая в его объятия со сцены под бурные овации коллег и зрителей в зале.

— Маруся, если бы я в тебе сомневался, ты бы не стояла сейчас здесь, — самоуверенно заявляет этот наглец. — А насчёт неприметности, я не понял, это ты так скромничаешь?

Я успеваю лишь открыть рот для ответа, но в следующее мгновение смущённо захлопываю его обратно, не проронив ни звука. Потому что к нам подходит знакомый водитель Георгия и отдаёт своему боссу огромный букет нежно-розовых кустовых роз. Которые Стрелец тут же вручает мне.

— Поздравляю с победой, — произносит он, проникновенно глядя в глаза.

И я таю от этого взгляда. Растекаюсь сладкой лужицей от бархатистых ноток сексуального мужского голоса, как клубничное мороженое в плюс тридцать градусов по Фаренгейту.

Зарываюсь носом в нежные бутоны, жадно вдыхая их тонкий аромат. Чувствую себя такой счастливой, что кажется, вот-вот — и взлечу. Так же легко и непринуждённо, как воздушный шарик, наполненный гелием и запущенный в небо.

Моя жизнь так резко изменила направление, что дух захватывает. И порой становится даже страшно. Вдруг это всё видение? Иллюзия, которая может исчезнуть, испариться в любую минуту, лопнуть, как мыльный пузырь.

Ещё несколько дней назад я была неудачницей, залетевшей от босса, который от этого факта не испытывал ничего, кроме раздражения. А сегодня — я в Париже, с любимым мужчиной, будущим отцом своего ребёнка, и мы никак не можем перестать целоваться.

Нас не смущают люди вокруг — ни гости конкурса, ни водитель автомобиля, когда мы возвращаемся в наш отель, ни пассажиры в салоне бизнес-класса, когда летим обратно в Москву.