Онлайн книга «Лишняя в его семье»
|
Неужели Алмаз уже вернулся? Он же ушел до вечера. Я что, проспала целый день? Судорожно оглядываюсь на часы. Двенадцать дня… Да и будь это Алмаз, уже зашел бы поздороваться, разве нет? Тем более не стал бы чем-то громко стучать на кухне, будить меня, ведь сам велел спать. В этот момент в глубине квартиры раздается отчетливое женское ворчание. Женское! Голос совсем не нежный, но определенно принадлежит не мужчине. Воры! Как только эта идея приходит мне в голову, тут же ее отбрасываю. Какие воры с той навороченной сигнализацией, которая стоит у Алмаза. Его дверь просто так не вскроешь. Да и какой вор пошел бы греметь посудой на кухню, еще при этом недовольно ворчать. Может, домработница? Я еще не успела с ней познакомиться, но Алмаз сказал, что к нему два раза в неделю приходит женщина прибирать. Однако, если бы она должна была сегодня прийти, он предупредил бы, разве нет? Наконец догадываюсь вылезти из кровати. Оглядываю комнату и разочарованно вздыхаю, ведь в спальне Алмаза нет ни одной моей вещи. Только подаренный вчера халат заботливо сложен на кресло. Закутываюсь в подарок Алмаза и осторожно высовываю нос в коридор. Потом на цыпочках прохожу на кухню. Готовлюсь в любой момент рвануть в свою комнату за телефоном, чтобы вызвать полицию или по крайней мере позвонить Алмазу. И замираю в дверном проеме кухни, подметив, как грузная мадам в голубом платье откидывает с плеча длинные черные волосы, а затем начинает выкладывать все, что есть, из холодильника на стол. Ведет себя, как дома, и нагло ворчит: — Какой бардак, какой невероятный бардак… А там бардак, да. Мы с Алмазом приходили на кухню за ночь раза три поесть и восстановить силы. Только вот прибрать за собой не сподобились, было некогда, надо было срочно целоваться. Я собиралась тут прибрать, когда встану, но не успела. Наконец отмираю, прохожу на кухню и спрашиваю: — Что вы здесь делаете? Женщина поворачивается, и я успеваю заметить, что ей хорошо за пятьдесят. Хотя при этом она неплохо выглядит, на лице аккуратный, чуть ярковатый макияж. Надо видеть, каким взглядом незнакомка меня одаривает. Будто я мелкий грызун на ее идеальной кухне и меня срочно нужно прибить шваброй. Или еще чем… — Ты кто такая? — Она сводит вместе идеально вытатуированные черные брови. Скрещиваю руки на груди, с достоинством отвечаю: — Я невеста Алмаза, а вы кто? — А я мать! — говорит она, уперев руки в боки. — И я о тебе слыхом не слыхивала! О-о, вот это новости. Я, конечно, предполагала, что у Алмаза есть мама и, возможно, какие-то другие родственники, но он о них не говорил. Ни разу! Также ни слова не сказал, что у матери есть ключи от его квартиры и она запросто может нагрянуть среди белого дня. Без звонка, без предупреждения — просто взять и ворваться в дом взрослого сына. Разве это нормально? А то, что у нее есть ключи, — бесспорно, вон они, лежат на кухонном столе рядом с массивной сумочкой какого-то дорогого бренда. Воздух на кухне пропитан ее приторными духами, от которых хочется чихать, но я сдерживаюсь. — Успокойтесь, пожалуйста, это наверняка какое-то недоразумение… — начинаю я, стараясь говорить как можно дружелюбнее. Мать Алмаза сужает глаза. На лице застывает выражение лютой неприязни. — Да уж, недоразумение, — цедит она сквозь зубы. — Ты откуда взялась такая… невеста! Растрепанная, как кикимора, и спишь до обеда. Хороши манеры! |