Книга Что я должен был сказать, страница 6 – Р. Л. Аткинсон

Я повернулась к нему, раздосадованная его рассудительным тоном. — А вот ты не казался напуганным. К тому же, большую часть своей недолгой, двадцатисемилетней жизни на этой Земле я практиковала базовые навыки самообороны.

Его густые брови поползли вверх, выражая одновременно веселье и понимание. — Ситуации в реальной жизни кардинально отличаются от тренировок. Большинство людей не ходят по улицам в готовности к подобным вещам, и ты можешь практиковаться сколько угодно, но пока не испытаешь это на собственной шкуре… — Он не договорил.

Защитное раздражение, скрутившееся у меня в животе, рассеялось, и мои плечи поникли. Если бы он только знал.

— А ты испытывал? — тихо прошептала я. Хотя, по какой-то причине, я и так знала ответ, не нуждаясь в словах. Погруженный в свои мысли, он отвел от меня свои карие глаза и уставился на витрину магазина перед нами. Он сидел неподвижно и почти не моргал даже тогда, когда дверь резко распахнулась.

— Вот! — крикнул владелец антикварной лавки, выбегая на улицу с широкой улыбкой. — Я как раз упаковывал это в подсобке, когда все началось. Полиция наконец-то разрешила мне забрать это для вас. — Его взгляд сфокусировался на мне. — Моей жене стоит быть благодарной, что на этот раз я не прибавил громкость в своем чертовом слуховом аппарате. Я так счастлив, что с вами все в порядке, моя дорогая.

В его протянутой руке была зажата коробочка, похожая на футляр для ожерелья. Он со щелчком открыл ее, демонстрируя простую цепочку с двумя драгоценными камнями, вплетенными в изящный, сделанный вручную знак бесконечности. Миниатюрное, золотое и невероятно стильное.

— Какая красота, — с благоговением произнесла я, одновременно осознавая, что мужчина рядом со мной оказался в магазине вовсе не чудесным образом.

— Она права, — сказал владелец, закрывая коробочку и передавая ее незнакомцу, который меня спас.

— Не слишком банально для подарка на день рождения? — с сомнением нахмурившись, спросил он.

— Вовсе нет. Вашей жене очень повезло, — бодро ответила я, и он широко улыбнулся: на его щеках появились глубокие ямочки, а в уголках глаз собрались морщинки. Я все еще чувствовала себя кроликом, но на этот раз — кроликом, попавшим в свет фар его глаз.

— Вообще-то, это для моей мамы. — Он захлопнул бархатный футляр, и этот щелчок вывел меня из транса.

— Оу. Что ж, тогда вашей маме очень повезло.

Он вопросительно изогнул густую темную бровь, бросив на меня быстрый взгляд. Волны его коротких волос отливали золотом в лучах заходящего солнца; я склонила голову, заинтригованная и, к своему стыду, откровенно обрадованная новостью о том, что он не женат. Мой взгляд снова скользнул к его сцепленным рукам, покоящимся на бедрах, которые подвергали серьезному испытанию прочность ткани его брюк.

Было в нем что-то такое…

Воздух пронзил резкий звонок.

Стоп. Нет. О чем я вообще думаю? Вырванная из пучины неуместных мыслей о совершенно незнакомом человеке, я сунула руку в сумочку, порылась в этом хаосе, выхватила телефон и взглянула на имя звонящего.

— Слушай, мне правда пора идти, чтобы закончить с показаниями или типа того. — Я поспешно вскочила и зашагала прочь, прижимая телефон к уху.

— Эй! — крикнул мне вслед мой спаситель. — ЭЙ!

— Еще раз спасибо! — бросила я через плечо. — Привет, мам!