Книга Попутчик по несчастью, страница 27 – Виктория Рогозина

Ария привычно проверила зеркала, тронулась уверенно, и БаоТэн — теперь со всеми четырьмя колёсами — плавно, но стремительно набрал скорость. Лобовое стекло отражало редкие фонари трассы, а внутри машины стояла спокойная тишина, прорезаемая лишь ровным урчанием двигателя. Призрак устроился в кресле, пристегнулся, но не мог расслабиться — он ощущал, что Ария не закончила тему. Что-то в её взгляде, когда она благодарила мастеров, выдавало глубинную задумчивость. И когда она заговорила, он почти физически напрягся, как струна.

— Знаешь, — тихо начала Морок, глядя прямо перед собой, — деньги людей не меняют. Они просто… открывают их нутро.

Призрак резко повернул голову. Она помнила. Она вернулась к разговору. И теперь — сейчас — будет отвечать. Ария тихо выдохнула, словно собираясь с мыслями, давая себе секунду на то, чтобы говорить честно, а не красиво.

— Я родилась в маргинальной семье, — сказала она почти буднично, без драмы. — Пьянки, долги, шум, агрессия — весь набор. Потом меня спихнули на бабушку. Нормальную бабушку. Ей было не так наплевать. Но окружение…

Она покачала головой, будто отмахиваясь от воспоминаний.

— Я смотрела на всех вокруг и поняла одну вещь: если не свалю — скопирую их судьбу. А я не хотела. Ни дня. Ни секунды.

Призрак слушал, затаив дыхание. Он слышал интервью, читал статьи, но никто никогда так… не рассказывал.

— Работала много. Очень. Деньги не падали на голову — я буквально выцарапывала их у мира. И когда я разоблачила того бизнесмена… — она усмехнулась уголком губ. — Это было не ради хайпа. И не ради денег. Хотя предлагали. Даже очень. Но я не взяла ни копейки. Потому что делала это ради справедливости. Ради себя. Ради идеи.

Машина неслась по ночной трассе, но казалось, что время вокруг них замерло. Ария бросила на него короткий, но очень ясный взгляд.

— Понимаешь, к чему я клоню?

Он понимал. Это был её совет. Очень тихий. Очень честный. И в точку. Не продай себя. Не продай принципы. Не дай деньгам сломать то, что в тебе настоящее. Не становись тем, кого потом будешь ненавидеть.

Призрак кивнул. И почувствовал, как внутри поднимается волна восхищения — теплая, мощная, почти обжигающая. Он любил её давным-давно. Он преклонялся перед ней. И сейчас понял: она действительно единственный человек, совет которого он хотел услышать. Его единственный кумир. Единственный настоящий ориентир. И он никогда её не подведёт.

Ария вздохнула — глубоко, почти устало, словно доставая из себя слова, которые не произносила вслух годами.

— Вадим забрал у меня всё, — сказала она ровно, без дрожи, но с той внутренней тяжестью, которую невозможно подделать. — Группу. Песни. Имя. То, во что я вкладывала жизнь. И вернулось оно не само — за меня вписались люди. Подставили плечо в тот момент, когда я думала, что всё, конец. Руслан… Потом и Леон Оуэнн… — она хмыкнула, словно вспоминая что-то смешное и нелепое. — Оуэнн дал мне «Эскапизм» и денег. Много. Настолько много, что поначалу было даже стыдно принимать.

Призрак слушал, не моргая. Ему казалось, он слышит сказание о герое, который умер и восстал.

— Но, знаешь… — продолжила она, чуть покачивая головой, будто проветривая мысли. — Популярность — это очень ненадёжная вещь. Сегодня ты — бог. Завтра ты — мусор. Люди поднимут тебя на руки, а через неделю будут готовы на вилы поднять за один неправильный вздох.