Книга После измены. Сохрани наш брак, страница 21 – Кара Райр

Я уже думала не о нас, не о вчерашнем, а о том, что с ним могло что-то случиться.

Он все-таки вспыльчивый, импульсивный, мог сорваться, поехать куда угодно.

Я открыла геолокацию. Несколько секунд смотрела на экран, пока метка прогружалась. Потом увидела, что работа.

— Понятно, — прошептала я себе под нос.

Убрала телефон и подняла глаза.

Мой кабинет встретил меня пустотой. Стол, кресло, папки, выключенный монитор.

Все на своих местах, все привычно, все безжизненно.

Мда.

Я закрыла дверь, села и на секунду просто застыла, глядя в одну точку.

Все понятно. Ясно. Ок.

Он на работе. Я тоже на работе. Мы оба на своих местах, каждый в своей жизни, каждый по отдельности.

Женщина, которую я допрашивала пару дней назад, снова сидела напротив меня.

Лариса Степановна.

Сегодня на ней была черная повязка на голове.

Темное пальто, руки сложены на коленях, взгляд опущен.

Вид у нее был такой измученный, я все понимаю, но прям перебор. В голове сразу вспыхнула странная ассоциация… похороны.

— Что с вами? — спросила я, открывая папку.

Она подняла глаза не сразу.

— Анель сказала, что будут похороны. Я должна была там быть.

Я замерла. Даже не сразу поняла, что именно меня так зацепило в ее фразе.

— Вы были на похоронах? — уточнила я. — Лариса Степановна, ваш муж убил эту девушку.

Она кивнула. Медленно.

— Из-за того, что ей не было стыдно, — добавила она глухо.

— Да… именно так.

Эти слова не укладывались у меня в голове.

Ни логически, ни по-человечески. Ее муж убил свою любовницу, а она пришла на похороны этой самой любовницы?

Стояла рядом с людьми, которые оплакивали убитую?

Это было за гранью моего понимания.

— Вы понимаете, что это неправильно? — спросила я. — Кто-то мог вас узнать. Кто-то мог понять, кто вы. Вам нельзя было там появляться. Вы не должны были разговаривать с участниками, ни с кем.

Она покачала головой.

— Я не подходила. Я знала, что нельзя. Я стояла издалека. Через три могилки.

Я смотрела на нее и не понимала. Правда… не понимала.

Ее сгорбленную спину, сжатые плечи, эту странную смесь покорности и упрямства.

— Зачем? — спросила я, перекладывая бумаги из одной папки в другую. — Зачем вы туда пошли?

Она подняла на меня глаза. В них была только усталость и какая-то пугающая ясность.

— Затем, чтобы убедиться, — прочитала женщина. — В том, что мой муж чудовище.

Эта фраза ударила сильнее, чем все, что я слышала от нее раньше. Я ожидала раскаяния, чувства вины, даже странного сочувствия к погибшей. Но не этого.

Шок.

Я сидела напротив женщины, которая годами жила рядом с человеком, позволяла ему изменять, терпела унижение, а теперь пришла на похороны его любовницы, чтобы окончательно убедиться, что рядом с ней была… не мужчина, а монстр?

На что только женщины не способны.

И меня охватило не сочувствие. Меня накрыло возмущение.

Она все знала давно. Просто ей понадобился труп, чтобы наконец перестать закрывать глаза.

Домой я вернулась уже выжатая.

Поздно. Без сил. После разговора с Ларисой Степановной внутри все окончательно перекосилось.

Чужая боль почему-то легла на мою, и от этого стало еще тяжелее.

Потом коллеги, отчеты, документы, бесконечные подписи. Рабочий день тянулся, как сраная жвачка и под конец я ловила себя на том, что просто механически киваю и выполняю задачи, не включаясь ни в один процес.