Книга Чашечка кофе, или Я твой десерт, страница 45 – Екатерина Мордвинцева

— А почему ты тогда не радуешься?

Я посмотрела в окно. Солнце пробивалось сквозь тучи, освещая крыши домов. Обычный воскресный день. А я сидела здесь, чувствуя себя самозванкой.

— Кать, — сказала я, и голос дрогнул. — Я не знаю, правильно ли я сделала.

— В смысле? Ты же хотела это повышение!

— Хотела, — кивнула я. — Но…

Я замолчала. Слова застряли в горле. Как сказать подруге, что это повышение — плата? За моё тело. За моё согласие. За то, что я не сказала «нет»?

— Ника, — Катя вздохнула. — Ты что, передумала?

— Нет, — ответила я слишком быстро. — Не передумала. Просто… всё как-то быстро.

— Ну, Туманов — он такой. Быстрый. Решительный. Я слышала, он всех своих сотрудников так проверяет — бросает в глубокую воду, смотрит, выплывут или утонут.

Я усмехнулась. Если бы Катя знала, в какую воду он меня бросил.

— Наверное, — сказала я.

— Ты справишься, — уверенно заявила подруга. — Ты же у нас сильная. Всегда справлялась.

Сильная. Всегда справлялась.

Я сжала телефон так, что побелели костяшки.

— Да, — сказала я. — Справлюсь.

— Вот и молодец, — Катя перевела дыхание. — Слушай, может, встретимся? Кофе попьём, поболтаем?

— Не сегодня, — ответила я. — Мне нужно… подготовиться. К новой работе.

— Ну, как хочешь. Но если что — звони. В любое время.

— Спасибо, Кать.

Я отключилась и отложила телефон.

Сильная. Всегда справлялась.

Я посмотрела на свои руки. Они дрожали.

* * *

День тянулся бесконечно.

Я переходила из комнаты в комнату, не находя себе места. Садилась на подоконник, вставала, шла на кухню, наливала воды, не пила, выливала. Открывала холодильник, закрывала. Включала телевизор, выключала.

Всё раздражало. Слишком громко. Слишком тихо. Слишком близко. Слишком далеко.

Я пыталась читать, но буквы расплывались. Пыталась смотреть фильм, но не помнила ни названия, ни сюжета. Пыталась позвонить матери, но набрала номер и сбросила, не дождавшись ответа.

Что я скажу ей? «Мама, я только что переспала с начальником, и теперь он хочет, чтобы я вышла за него замуж»?

Она будет в шоке. Она всегда думала, что я разумная девочка, которая не совершает глупостей. Которая всегда знает, что делает.

А я не знала.

Я не знала, что делаю, когда ехала к нему домой. Не знала, когда пила с ним кофе. Не знала, когда целовала его. Не знала, когда кричала от удовольствия на его кухне.

Я не знала ничего.

* * *

В три часа снова позвонили.

Я посмотрела на экран. Неизвестный номер.

Сердце сжалось. Что, если это он? Что, если он звонит, чтобы сказать, что передумал? Что всё, что было, — ошибка? Что я больше не нужна?

Я сбросила звонок.

Потом набрала номер отдела кадров.

— Сергей Петрович, здравствуйте. Это Вероника Лисицына. Вы звонили?

— А, Вероника! — голос в трубке был бодрым. — Да, хотел уточнить: завтра вам нужно будет зайти в отдел кадров, подписать новые документы. Ваше повышение оформляется в ускоренном порядке. Максим Владимирович дал указание.

Максим Владимирович дал указание.

Конечно. Он всё контролирует. Даже мой перевод в новый отдел.

— Хорошо, — сказала я. — Завтра подойду.

— Отлично. Тогда ждём.

Я отключилась.

Он дал указание. Он всё решил. Мою работу. Мою жизнь. Моё будущее.

А я?

Я сидела на подоконнике, сжимая телефон, и чувствовала, как внутри меня нарастает что-то тёмное, тяжёлое. Не злость. Не страх. Что-то другое. Бессилие.