Книга Чашечка кофе, или Я твой десерт, страница 85 – Екатерина Мордвинцева

Я закрыла глаза, и слёзы потекли по щекам.

* * *

Весь день я сидела в кабинете, не работая. Мои доступы к серверу были отключены. Пароли изменены. Я была отрезана от всего, что строила последнюю неделю.

Коллеги проходили мимо, и я чувствовала их взгляды. Косые, любопытные, злорадные. «Новая» — та, у которой был доступ. Та, которую повысили непонятно за что. Та, которая теперь под подозрением.

Я слышала шёпот за дверью. Слышала, как они обсуждают меня. И не могла ничего сделать.

В три часа в дверь постучали.

— Войдите, — сказала я, хотя не хотела никого видеть.

На пороге стояла Елена Викторовна. В её руках была папка.

— Вероника, — сказала она, и её голос был мягче, чем обычно. — Максим Владимирович просил передать вам это.

Она положила папку на стол.

— Что это? — спросила я.

— Документы для служебного расследования, — сказала она. — Вам нужно будет дать показания. Ответить на вопросы.

Я посмотрела на папку, но не открыла.

— Елена Викторовна, — сказала я. — Вы верите, что это я?

Она помолчала.

— Я верю в факты, — сказала она. — Факты говорят, что утечка была. Факты говорят, что у вас был доступ.

— Но я не делала этого, — сказала я.

— Я знаю, — сказала она, и в её голосе прозвучало что-то, что заставило меня поднять голову.

— Знаете?

— Я работаю с Максимом Владимировичем десять лет, — сказала она. — Я видела много утечек. И видела много подозреваемых. Вы — не тот тип.

— Какой тип? — спросила я.

— Тот, кто предаёт, — сказала она. — Вы слишком много работали, чтобы это потерять. Вы слишком много вложили в этот проект. Вы бы не стали его разрушать.

Она повернулась, чтобы уйти, но на пороге остановилась.

— Вероника, — сказала она. — Держитесь. Это не конец.

Она вышла, и я осталась одна.

* * *

Я сидела в кабинете до вечера. Смотрела в окно, как темнеет небо, как зажигаются огни в городе. Думала о Туманове. О том, как он смотрел на меня сегодня — холодно, отстранённо, как на чужую.

Он не верил в меня. Или верил, но не мог показать. Под давлением совета директоров он отстранил меня. Пожертвовал мной, чтобы спасти проект.

Я понимала логику. Но сердце отказывалось принимать.

В семь часов я выключила компьютер, собрала вещи. Когда я вышла из кабинета, в коридоре было пусто. Только в конце, у кабинета Туманова, горел свет.

Я пошла к лифту, но на полпути остановилась.

Он там. За дверью. Он, который вчера говорил, что боится меня потерять. Который сказал, что я сильная. Который обещал защищать.

Я развернулась и пошла к его кабинету.

* * *

Я постучала.

— Войдите, — услышала я его голос.

Я открыла дверь и вошла.

Он сидел за столом, в той же рубашке, что и утром, но без пиджака, с закатанными рукавами. Перед ним лежали бумаги, но он не смотрел на них. Он смотрел на меня.

— Вероника, — сказал он. — Я не ждал вас.

— Я хочу знать, — сказала я, и мой голос был твёрдым, хотя внутри всё дрожало. — Вы верите, что это я?

Он помолчал.

— Я верю в факты, — сказал он.

— Это не ответ, — сказала я.

Он встал из-за стола, подошёл к окну. Город внизу горел огнями, и его силуэт на фоне стекла казался высеченным из камня.

— Вероника, — сказал он, не оборачиваясь. — Вы знаете, как работает совет директоров. Они требуют кого-то, кто ответит за утечку. Им нужна жертва.

— И вы выбрали меня, — сказала я.