Книга Измена. Ошибка, которую нельзя простить, страница 88 – Анна Царская

Безопасный дом оказывается обычной двухэтажной дачей в подмосковном посёлке. Всё как у всех: забор, небольшой садик с пышной клумбой. Место, где надеюсь, никто не станет нас искать.

У крыльца стоит ещё одна машина охраны. Ростислав выходит нам навстречу, и вид у него ещё более потрёпанный, чем вчера. Но Кристина радостно бежит к нему.

— Папа! А мы будем здесь жить? Как на даче?

— Да, принцесса. Как на даче. - Он подхватывает её на руки, но смотрит на меня. В глазах вина и отчаяние.

Внутри дома аскетичная обстановка: простая мебель, минимум декора, но чисто и уютно. Две спальни наверху, гостиная и кухня внизу. Окна закрыты решётками, на участке установлены камеры видеонаблюдения.

Сергей проводит инструктаж: никуда не выходить без охраны, держаться подальше от окон, не пользоваться личными телефонами.

— Сколько это продлится? - Спрашиваю, когда Кристина увлекается новыми игрушками, которые охранники принесли специально для неё.

— Пока не поймают Краснова или не состоится суд. - Отвечает Сергей. - Может, неделя, может, месяц.

Месяц. Месяц жить в четырёх стенах с человеком, которого я всё ещё не могу простить. Месяц притворяться перед дочерью, что всё нормально. Так себе задачка.

— У нас есть интернет, спутниковое телевидение, библиотека. - Продолжает Сергей. - Постараемся сделать ваше пребывание максимально комфортным.

Понимаю что им виднее, всё-таки профессионалы, и пытаюсь принять ситуацию такой какая она есть.

Когда охранники уходят патрулировать территорию, мы остаёмся втроём. Кристина строит из конструктора замок для принцессы, а мы с Ростиславом сидим за кухонным столом, избегая взглядов друг на друга.

— Полина, прости меня. За всё. За измену, за эту ситуацию, за то, что разрушил твою жизнь.

— Ты уже извинялся много раз.

— Но недостаточно искренне. Недостаточно... мне теперь кажется, что всегда будет недостаточно.

Поднимаю голову, смотрю на него. В его лице что-то изменилось. Исчезла та уверенность успешного адвоката, которая так меня раздражала. Остался просто уставший мужчина, который наконец понял цену своих поступков.

— Знаешь, что меня больше всего ранило? - Говорю, неожиданно для себя. - Не сама измена. Ты врал мне в глаза каждый день. Целовал меня, говорил «люблю», строил планы на отпуск. Но сам...

— Я правда тебя люблю. Люблю до сих пор.

— Тогда зачем? Зачем было всё это?

Ростислав молчит долго, сжимая руки в кулаки.

— Потому что я дурак. Потому что думал, что имею право на всё. Потому что принимал семью как должное.

— Как же Зайка?

— Света была... адреналином. Подтверждением того, что я всё ещё могу нравиться молодым красивым женщинам.

— То есть дело было в твоём самолюбии?

— Да. И это отвратительно, я знаю.

Смотрю на него и понимаю: впервые за всё время он говорит честно. Не оправдывается, не ищет красивых слов. Просто признаёт как мерзко он поступил.

— Мама, папа, вы соритесь? - Кристина оторвалась от игры, смотрит на нас встревоженно.

— Нет, солнышко. - Ростислав пытается улыбнуться. - Мы просто разговариваем о взрослых делах.

— Можно мне посмотреть мультики?

— Конечно.

Включаем ей телевизор, а сами выходим на крыльцо. Вечереет, в саду поют птицы. Если бы не решётки на окнах, и не патрулирующий участок охранник, можно было бы поверить, что мы просто отдыхаем за городом.