Книга Горько. Одобрено нейронкой, страница 68 – Лина Коваль

Достали!... Надо же было их встретить.

— Что? - переспрашиваю, когда музыка заканчивается.

— Ну ты хоть счастлива с этим Русским, Ясминка? - прищуривается Алсу.

— Ещё спрашиваешь, - улыбаюсь нагловато. - Конечно!...

Взмахом руки подаю осторожный знак Микуле. Он отвечает сосредоточенным кивком и уходит со сцены.

— Хорошо тебе, - вздыхает Гузелька. - Из дома съехала, ни за кем не надо ухаживать…

— Как это? А муж? - оборачиваюсь, увидев высокую фигуру мужа в толпе. - А хряк этот… Фунтик?...

— Кто-о-о? - орут в голос.

Черт.… Харам!...

— Это… наш медведь, - мило улыбаюсь, вспоминая шапку. - Почти как ручной…

— Медве-е-едь? - на их лицах полнейший ужас.

— Ага… - киваю. - Ладно. Я пойду… Мне ещё за водкой для Лютого в магазин зайти надо, - вспоминаю о бедном растении.

Говорят, листья надо протирать слабым спиртовым раствором. Версия, конечно, сомнительная, но если есть хоть один-единственный шанс, что Лютик будет жить, я должна его использовать.

— За в-о-о-дкой?... - хором повторяют невестки.

— Для Лютого?... - Гузель с опаской посматривает на моего приближающегося мужа и хватает Алсу за руку. - Мы пошли!

Черт-черт-черт…

— Это ведь родственница твои? Куда это они понеслись? - вежливо интересуется Микула, поглядывая мне за спину.

— А… Не обращай внимания, пожалуйста, - невинно поправляю воротник красной косоворотки. - Они… полоумные!...

— Пойдем, - тащит он меня за руку.

Толпа оглядывается вслед.

* * *

— Ты уверена, что нам надо именно к этому психологу? - спрашивает муж, без интереса рассматривая надпись на двери. - Что-то меня смущает….

Кандидат психологических наук

Артем Григорьевич Паничка

— Конечно, я уверена. По условиям проекта, мы должны проходить семейную терапию. Вместе.

— Мы ее можно сказать каждую ночь проходим. Почти все гештальты закрыли, - грязновато лыбится.

Я, конечно же, краснею.

Невозможный извращенец этот муж.

Заниматься сексом мне с ним нравится, ночью, а вот говорить об этом жутко неловко.

— Ясмина и Микула? - двери открываются.

На пороге кабинета появляется мужчина средних лет. В очках и с зализанными назад волосами.

Я скромно здороваюсь. Русский ведет себя невежливо и просто молча заходит внутрь…

— Рассказывайте, - спокойным, убаюкивающим тоном говорит Артем Григорьевич.

Мы сидим на удобном диване.

Паничка прямо напротив - в кожаном, широком кресле.

Кабинет выглядит так, будто здесь заседает ведунья. Темно, пахнет ароматизированной свечой, и в углу, на полке стоит стеклянный шар, который при ближайшем рассмотрении оказывается обычным светильником.

— А что рассказывать? - спрашиваю осторожно.

— Ну вы же у меня идете по корпоративном тарифу? - сверяется со своими записями в блокноте. - Администрация. «Горько. Одобрено нейронкой»…. От Артема Петровича. Все так?

— Так… наверное… - растерянно киваю и поворачиваюсь к Микуле, который сидит с безучастным лицом.

Пальцем пытаюсь проткнуть твердый бок.

— Все верно, - муж подтверждает с неохотой.

— Итак, как прошел первый месяц вашей семейной жизни?

— Всё хорошо, - отвечаю я скромно.

— А вы что думаете, Микула?

— Кому расскажи - слюнями от зависти закапают. Вот так прошел.

Я посмеиваюсь в руку.

— Тогда давайте начнем… Ясмина, возьмите карандаш, - кивает на журнальный столик.