Онлайн книга «Подарок на свадьбу бывшего»
|
Мы обнимаемся крепко, до боли, будто пытаемся раствориться друг в друге, стереть эти проклятые восемь месяцев разлуки. Я в этих ласках себя теряю. На какие-то секунды даже забываю про дочку… Настолько мое внимание концентрируется на бывшем муже. — Рита, ты простишь меня? — шепчет он мне в губы. — Примешь назад? Пусть не сейчас, пусть позже… Прямой как палка вопрос, на который у меня нет ответа. Потому что все, что Арнак на меня сегодня вылил, еще не разложилось по полочкам, еще до конца не уместилось в голове. — Арнак, я… Не успеваю ответить толком. Мы оба слышим через радионяню отчаянный плач младенца. Заливистый, громкий… Так только Миленка умеет плакать. Я спешу вон из гостиной. Арнак бросается за мной. В спальню, где мы уложили нашу малышку. — Она голодная, — говорю я, когда беру дочку на руки. Милена красивая, как ангелочек. Крохотная, беззащитная, совершенная. От нее невозможно отвести взгляд — каждая морщинка на лице, каждый завиток темных волосиков, эти пухлые губки… За несколько дней в роддоме я выучила все тона ее плача наизусть. Когда мокрая — хнычущий, недовольный. Когда хочет спать — капризный, со всхлипываниями. А когда голодная — вот такой, требовательный и настойчивый. Последнее, кстати, случается чаще всего. Я осторожно устраиваюсь с Миленой в кресле, накрываю правое плечо пеленкой. Кормлю дочку, наслаждаясь звуками ее причмокивания. Арнак делает шаг к двери: — Наверное, мне лучше уйти. Завтра поговорим? При этом он так на меня смотрит, будто ему физически больно сейчас от того, что надо уходить. И мне больно. Моей душе больно от того, что целых восемь месяцев мы провели врозь, хотя должны были быть вместе. Ведь за ту треклятую записку с просьбой о разводе я еще тогда его простила. — Останься, пожалуйста, — прошу с надрывом. Я не хочу, чтобы он уходил. Он замирает на пороге, поворачивается. В его глазах читается облегчение. Когда Милена наедается, мы вместе качаем ее. Сначала я, нежно покачиваясь из стороны в сторону, потом осторожно передаю малышку Арнаку. Его большие руки так бережно обхватывают крохотное тельце… Сердце сжимается, когда вижу это. Я ведь уже и надежду успела потерять, что он захочет вот так ее качать. Мы стоим у колыбели, укладывая дочку, и Арнак тихо, неумело напевает: — Спят усталые игрушки, книжки спят… Я подхватываю: — Одеяла и подушки ждут ребят… Наши голоса сливаются в любимой с детства колыбельной из «Спокойной ночи, малыши», и мне вдруг кажется, что мы снова семья. Как и должно было быть… Но Милена не хочет спать, хнычет, морщит личико. Я снова беру ее на руки, качаю, а Арнак все еще остается в комнате. Стоит рядом с колыбельной, с кем-то переписывается по телефону. Мне даже становится немного обидно. Неужели его переписка важнее этого момента? Когда мы впервые за столько времени вместе укладываем нашу дочь? И тут вдруг Арнак показывает мне видео на экране. — Что это? — шепчу я, чтобы не потревожить малышку. Там какая-то лестничная клетка, какие бывают в элитных домах. А на этой лестничной клетке творятся чудные дела. Егине бегом выбегает из одной квартиры с пакетом вещей, некоторое время мучается с замками, забегает в другую квартиру. А ровно через минуту из лифта выхожу я с чемоданом в руках. Тем самым, у которого сломалась ручка. |