Книга Я на тебе (не) женюсь, страница 141 – Диана Рымарь

— Дорогой муж, а зачем же ты его убеждал? – Карина всплеснула руками. – Артурик вчера ясно дал понять, что ему не нужна Нелли в невесты!

Вазген уставился на Карину и заявил с серьезным видом:

— Это он просто плохо подумал. От таких невест не отказываются. Вот встретимся с Артуром на Новый год, я с ним по-отечески поговорю и…

Карина покачала головой и тяжко вздохнула.

— Милый супруг, ты вчера видел своего сына или не видел?

— Что ты имеешь в виду, Карина? – нахмурился он. – Конечно же видел.

— Видел, да, похоже, плохо смотрел, – шумно вздохнула она. – Разве ты не приметил, как он сидел в стороне от всех? Разве ты не обратил внимание, какие у него были грустные глаза? Как ты на сына смотрел, скажи мне, пожалуйста? Если ничего этого не заметил… Я думала, Нелли его развеселит, но, похоже, затея это пустая.

Муж ненадолго задумался, нехотя признал ее правоту.

— Ну тихий был, да, немного грустный. Самую малость. Но не из-за нас же!

— Не из-за нас, – покачала головой Карина и многозначительно вздохнула, отвела взгляд в сторону.

Вазген хмыкнул, спросил с долей раздражения:

— Жена, почему ты говоришь со мной загадками? Хочешь что-то сказать, говори прямо. Зачем эти танцы вокруг да около?

И Карина поняла – пора выложить, что на душе.

Она положила ладонь на грудь и сказала с обеспокоенным видом:

— Чует мое материнское сердце, несчастлив он. Просто так он бы на дне рождения у матери грустить не стал, не сорвался бы в никуда на ночь глядя. Ни разу не удивлюсь, если у нашего Артурика в Анапе внебрачный ребенок.

После этих ее слов муж мгновенно всполошился, заголосил:

— Что ты такое говоришь, жена? Не может этого быть! Артур у нас серьезный, ответственный, по девкам не шляется, жениться хочет по правилам. Нет у него никакого ребенка!

— А ты глаза его видел? – покачала головой Карина. – Я в его глазах всю тоску мира увидела.

— Да не было там никакой тоски, – махнул ладонью Вазген. – Женщина, ты все придумываешь.

— Была тоска! – настаивала на своем Карина. – Я своего сына знаю. Он же у меня жизнерадостный, позитивный. А вчера пришел к нам как в воду опущенный. Я за ним со стороны наблюдала, все-все подметила. Во взгляде столько горя… Океаны страдания. К тому же видела я уже такой взгляд! И не один раз видела.

— Это ты про что? – Левая бровь Вазгена поползла вверх.

— А ты вспомни, какой Левон ходил целый год, пока не сошелся со своей Кирой? Страшно было смотреть на парня. Весь иссох, исстрадался. А Багратик? После той неудачной свадьбы-сюрприза, как он, бедный, страдал-переживал? – Она сделала театральную паузу и продолжила: – Вот точно такой же взгляд я вчера приметила у Артура. Я не слепая, Вазген. Нашему сыну плохо.

Только после этих слов она поняла по лицу мужа, что наконец достучалась. Сообразил-таки, что она не шутит и не выдумывает.

— Как же быть? – в недоумении спросил он. – Как же выяснить, что у него случилось? Почему он нам ничего не сказал?

— Что тут гадать? – пожала она плечами. – Стыдно ему, наверное, потому и не сказал. А за что нашим сыновьям обычно бывает стыдно? Похоже, есть у него внебрачный ребенок, как у старших братьев.

Карина наблюдала за тем, как лицо мужа из недоуменного сделалось грозным, как он часто задышал, как сжал кулаки.

Секунда – и он уже подскочил с кресла, запыхтел со свойственной ему эмоциональностью: