Книга Большой секрет Анаит, страница 59 – Диана Рымарь

К ночи до Димы окончательно дошло — скорей всего, Анаит ушла домой. Сама ли? Или кто-то утащил? Но для того чтобы утащили, надо чтобы увидели, а она ни под каким предлогом не должна была отходить далеко. Зачем вообще нарушила его запрет на выход из квартиры? Дурочка!

Он знал — ее искали у подружек. Но никто из семьи Мариян даже не подумал наведаться к нему, ведь все знали, как сильно он не ладил с милой Анаит в школе. Значит, возле его дома ее не стали бы искать. По всему выходило — Ани добровольно вернулась в дом отца.

Ушла от Димы.

От осознания того, что она ушла, у него всю душу наизнанку вывернуло. Его физически тошнило, а в груди болело так, что хотелось выть.

Выть от тоски.

Как он будет без нее? Это же пытка длинной в жизнь — остаться без Ани. Он же на ней совершенно серьезно хотел жениться. Неужели врала, что любила? Неужели так сильно не нужен?

Он устал как собака, пока бегал по городу. Каждая мышца ныла, требуя отдыха. Но заснуть так и не удалось.

Провалявшись в постели до трех утра, Дима достал телефон. Стал листать фото и видео. Его коллекция за эту неделю изрядно пополнилась. Теперь у него было столько изображений Анаит, что можно открывать выставку. Тысяча ее улыбок, томных взглядов, посланных ему поцелуев.

Нашел видео, снятое вчера вечером, нажал на воспроизведение.

— Не снимай! — попросила Анаит с экрана.

Но при этом зазывно улыбнулась, лежа на его кровати, заправленной коричневым клетчатым одеялом.

— Сними майку, — услышал он собственный голос за кадром.

Любимая игриво перевернулась на спину, задрала черный топ, обнажила плоский животик, потянула ткань вверх, почти оголив самую чудесную на всем белом свете грудь. Не то чтобы он видел за свою жизнь много грудей, но у нее-то в любом случае самая-самая.

Дима остановил видео еще до того, как любимая избавилась от топа, но даже этих невинных кадров хватило, ведь он прекрасно знал, какой разврат произойдет дальше. Он мгновенно завелся. За неделю привык к тому, что Ани рядом и мучиться от желания больше не нужно. Хочешь? Получай. Но теперь-то как быть со своим неуемным либидо?

Стыдно признать, но он готов был мириться с ней на абсолютно любых условиях. Как последняя тряпка и размазня! Но разве можно из-за одной ссоры вот так расставаться? Глупость! Люди ругаются — это нормально. Но ведь они потом и мирятся тоже.

Отчего-то совсем не верилось, что Анаит могла вот так просто его бросить. Обиделась, ушла, но должна же была вернуться? Или совсем его не любила?

К утру Дима дошел до точки невозврата.

Он во что бы то ни стало должен поговорить с любимой и убедить ее вернуться.

Дима встал с кровати, так и не заснув ни на минуту. Искупался, побрился, тщательно причесался, оделся в единственные новые брюки — те, что с выпускного, отыскал рубашку получше, даже погладил, прежде чем надеть.

И пошел.

Извиняться, мириться, просить ее руки.

Плевать, что об этом думала мама. Плевать, что Анаит рассказывала об отце.

Если решила вернуться домой, значит, не такой уж он и изверг, так?

Возле дома любимой Дима притормозил. Все же не так просто было явиться туда, где ему и близко не будут рады. Да и кто обрадовался бы такому жениху, как он? Нищий выпускник средней школы с весьма сомнительной репутацией — и это еще мягко сказано. Хулиган, босяк, шпана… Как его только не называли и за глаза, и в глаза. О нем только ленивые не судачили, частенько он слышал у себя за спиной предсказания типа: «Сгниет в тюрьме», «Загнется в подворотне» и так далее.