Книга Чужие под одной фамилией, страница 193 – Александра Новикова

— Всё хорошо, — Ника слабо улыбнулась. — Просто не выспалась.

— Ну ладно, отдыхай, — девчонки закивали и быстро упорхнули в начало вагона, где было шумно и весело, туда, где воздух не был отравлен моим присутствием.

Вскоре вагон вздрогнул, и медленно, поплыл мимо перрона. За окном проплывали машущие мамы, и серый бетон вокзала. К нашему отсеку подлетело нечто шумное и темноволосое. Девчонка буквально рухнула на сиденье рядом с Никой, слегка завалившись на неё.

— Фух, успела! — выдохнула она, поправляя растрёпанные волосы. — Привет!

Она тут же повернула голову в мою сторону. Глаза любопытные, так и сканируют. Она наклонилась к Нике и не очень тихо спросила:

— Это Ян?

Я не выдержал и коротко усмехнулся. Сижу в метре от неё, сто девяносто сантиметров живого веса и не самой доброй физиономии, могла бы уже и у меня спросить, а не шептаться в полный голос, как в детском саду.

— Да, это Ян, — ответила Ника, и в её голосе впервые за утро прорезалась слабая нотка тепла.

— Привет! Я Лера, — она сама протянула мне руку, совершенно не боясь и не кривясь, как те мамаши на перроне. — Рада наконец познакомиться вживую.

— Привет, — я недоумённо пожал её ладонь, стараясь не сжать слишком сильно.

И тут до меня дошло. Лера, та самая. Я вспомнил этот двор, тени под деревьями и то, как я с Никитой стояли в кустах, пока в окнах не загорелся свет.

— Ну что, — Лера обернулась к Нике, — готова к Сочи? Нас там, говорят, встретят на автобусе. Будем жить в крутом санатории!

Смотрел на них и чувствовал, как внутри потихоньку отпускает. Хоть одна нормальная девчонка нашлась, которая не смотрит на меня как на прокажённого.

— Ян, а ты чего молчишь? — Лера вдруг снова перевела взгляд на меня, чуть понизив голос. — Тебя что, запугали эти курицы в начале вагона? Не парься, девочки нормальные, просто не много побаиваются.

— Да я просто прикидываю, сколько сумок мне придётся тащить до этого твоего "крутого санатория", — буркнул я, но в углах губ заиграла усмешка. — Работы, чую, будет по горло.

— Ой, не прибедняйся! — Лера звонко рассмеялась, а Ника расслабилась, завалившись головой на её плечо.

Лера проторчала у нас пару часов. Трещала без умолку про какие-то интриги в коллективе, про то, какой санаторий нас ждёт, и всё время пыталась вытянуть из меня хоть слово, словно я был каким-то экзотическим экспонатом, который внезапно заговорил. Прикольная девчонка, хоть и шумная чересчур. Главное — обычная, не смотрела на меня как на чудовище и на том спасибо. Когда она ушла к своим, в нашем углу наконец-то стало тихо.

К двенадцати дня вагон присмирел. Мелкие, которые до этого скакали по полкам как заведённые, выдохлись. По проходу потянуло запахом дошираков и копчёной колбасы — классика жанра. Кто-то из мам потащил своих в вагон-ресторан, а в нашем отсеке воцарилась сонная одурь.

Я перевёл взгляд на Нику. Она уснула. Видимо, эти три дня с температурой и нервотрёпка перед отъездом окончательно выбили из неё все силы. Свернулась калачиком, подложив руку под щёку, и тихо дышала. Солнце из окна било ей прямо в лицо, заставляя морщиться во сне. Аккуратно, стараясь не скрипеть механизмом, опустил плотную шторку пониже.

— Спи, котёнок, — прошептал совсем тихо.

Телефон в кармане вибрировал не переставая. Пацаны устроили в чате настоящий разнос. Я вытянулся на своей полке, облокотившись спиной на подушку у окна. Заняться было абсолютно нечем, поэтому залипал в телефон, перекидываясь тупыми шутками с Костяном и Витькой.