Книга Измена. Жена на полставки, страница 80 – Екатерина Мордвинцева

— И ты перестала ждать?

— Да, — я посмотрела на него. — Я жду только тебя.

— А я жду только тебя, — он обнял меня. — Всю жизнь ждал.

— Теперь не придётся ждать, — я улыбнулась. — Я здесь.

— И я здесь, — он поцеловал меня.

Мы стояли посреди кухни, обнявшись, и мир за окном не существовал.

Были только мы.

Наше прошлое, которое отпустило.

Наше настоящее, которое грело.

И наше будущее, которое мы строили вместе.

Светлана…

Две недели между судебными заседаниями превратились в испытание, которого я не ждала. Толик молчал — ни звонков, ни появлений у офиса, ни попыток связаться с Колей или Аллой. Его адвокат Жуков подал прошение о переносе заседания по состоянию здоровья подзащитного — «нервный срыв, депрессия, невозможность присутствовать в суде». Судья отказала. Заседание назначили на пятнадцатое марта — через три дня.

Я сидела на кухне с чашкой зеленого чая — Олег приучил меня пить его по вечерам вместо черного, чтобы «нервная система не шаталась» — и смотрела на капли дождя, стекающие по стеклу. Ранняя весна в этом году выдалась промозглой. Дожди, ветра, тучи, которые неделями не открывали солнце. Как будто природа замерла в ожидании чего-то важного.

— О чем задумалась? — Олег вошел на кухню, сел напротив, налил себе кофе.

— О предстоящем заседании, — призналась я. — О том, что судья все-таки может принять сторону Толика.

— Не примет, — уверенно сказал он. — У нас есть доказательства, свидетели, показания Полины, запись с камер в квартире Коли. Судья видит, кто есть кто.

— Судьи бывают разными, — я покачала головой. — Мой адвокат рассказывал, что одна судья в соседнем районе всегда принимает сторону мужчин, потому что сама разведена и ненавидит женщин.

— Наша — не такая, — Олег взял меня за руку. — Я ее знаю. Она справедливая.

— Сколько можно говорить «я знаю»? — я посмотрела на него с легким раздражением. — Ты не можешь знать всех.

— Могу, — он усмехнулся. — Я бизнесмен. Я должен знать, с кем имею дело.

— Ладно, спорить с тобой бесполезно, — я выдохнула. — Как там Даша? Давно ее не слышно.

— Уехала к подруге на выходные, — напомнил Олег. — Ты забыла? Она вчера говорила.

— Забыла, — я провела рукой по лбу. — Память стала дырявая. Все эти суды, нервы, твой бывший муж...

— Не мой, — перебил он. — Твой бывший. Скоро совсем — бывший.

— Ты ревнуешь? — удивилась я.

— К прошлому — нет, — он покачал головой. — К будущему — нет. Я просто хочу, чтобы ты была свободна.

— Я свободна, — я сжала его ладонь. — Давно.

— Бумажка — не главное, — согласился он. — Но она нужна, чтобы начать новую жизнь.

— Ты предлагаешь мне начать новую жизнь? — я прищурилась.

— Я предлагаю тебе быть со мной, — он посмотрел мне в глаза. — Не как временная гостья. Как женщина. Как любимая. Как... жена, в конце концов.

Я замерла.

Жена.

Он сказал это вслух.

— Ты делаешь мне предложение? — спросила я, чувствуя, как колотится сердце.

— Пока нет, — он улыбнулся краешком губ. — Я хочу, чтобы ты сначала закончила старую историю. А потом... потом мы поговорим.

— О чем?

— О нас, — он поцеловал мою руку. — О нашем будущем. О том, как мы хотим его видеть.

— А ты его видишь?

— Каждый день, — ответил он. — Как ты просыпаешься рядом, как пьешь кофе утром, как смеешься, когда Даша шутит. Как мы гуляем с Софой в парке, как стареем вместе.