Онлайн книга «Я тебя не хочу»
|
Твой Идол: Он с другого акка написал! Я увидел, потому что отслеживаю номер Амелии Шмидт. Поздно увидел!!! Сейчас она не отвечает! Я еду к усадьбе! Мазуренко:Давай без самодеятельности, сынок. Не приближайся к дому. Хрена с два!!! Мазуренко: Я с обираю опергруппу. Мы все решим. Как же!!! Марк Антоний: Работайте осторожно. Дядя. Чертов дядя. Марк Антоний: Возьмите его живым, иначе мы никогда не узнаем, кто за всем этим стоит. [1] Евангелия от Матфея, глава 26, стих 52. [2] Ярл — один из высших титулов в иерархии в средневековой Скандинавии. [3] Псалом 22. ___________ Сердечная благодарность всем, кто ждал возобновления выкладки истории Димы и Лии 75 Любовь — это не слова, а действия, которые стоят за ними. © Дмитрий Фильфиневич За ребрами — яростный барабанный бой. По нервам — чисто бензопила в разгоне. Я на грани. В прошлых, мать вашу, воплощениях что-то похожее, конечно, проживал, но в этой — столь агрессивное ощущение паники накрывает впервые. Практически не отвожу глаз с мобилы. Слежу за маяком, прикрепленным к Шмидт, как за ниткой, ведущей меня прямиком в ад. Смертельная дорога без права свернуть. Писк. Второй. Из-под шторки пуши летят. Big Big Man : Че, гений, опять накосячил? Куда свалил, даже не чирикнул? Big Big Man : Помощь нужна, или как? Шатохин, черт его дери… Первым делом накрывает растерянность — эта разухабистая малява возвращает в реальность, от которой я, как оказывается, в какой-то момент оторвался. Когда груз на плечах вбивает тебя гвоздем в землю, сложно идентифицировать себя тем подохреневшим угарщиком, которого все знали до этого лета. Накосячил?! Да на мне этих косяков столько, что я, черт возьми, как окурок после финальной затяжки в руках прожженного жлоба. Big Big Man : Э, сокровище моей жизни! Я ваще-то тут переживаю! Отвечай в темпе, пока не пустил по твоему следу псов. Вспоминаю слова, способные успокоить Шатохина настолько, чтобы он, наконец, отстал. Твой Идол: Не беси, добро? Занят я. Вернусь — все расскажу. Big Big Man : Добро. Жду с зубами дракона, герой. А лучше чешую притащи. Ну или крылья. Твой Идол: Да пошел ты… Отвечаю лишь потому, что вижу в том необходимость, чтобы окончательно отмахнуться. К тому времени как раз подъезжаю к задним воротам усадьбы. Не сбросив предварительно скорость, жестко давлю на тормоз. Тачка уходит в занос — разлетается с хрустом гравий, вздымается облако густой пыли. Тот «старый» Фильфиневич закатил бы истерику, потому как это грязь, царапины и сколы на кузове. Но новому мне, естественно, глубоко похрен на подобные загоны. Схватив в руки мобилу, выскакиваю из машины. На размышления времени нет — на счету каждая секунда. Ориентируясь на маячок, срываюсь на бег. Пересекаю скотный двор — пустой и тихий, словно давно заброшенный, хотя запахи говорят об обратном. Сложные железные конструкции, массивные чугунные фонари и идеально ровные свежевыкрашенные заборчики — все это сейчас пиздец как чуждо творящемуся внутри меня хаосу. Каждый новый шаг кажется громче, а рождающиеся за ним шорохи — предвестниками реальной опасности. Но я не останавливаюсь. Не позволяю себе даже думать об осторожности. Следуя за тревожно пульсирующим сигналом, подбираюсь все ближе к цели. Сердце раздувается. Тяжелеет. Лупит под стать своему весу — люто. |