Книга Слабонервным не входить!, страница 70 – Наталья Юнина

— Да! У вас герпес одной несвежести!

— Лабиальный, а не генитальный, Катерина. Она меня заразила герпесом, когда плюнула в меня в ответ на то, что я обесчестил ее шапку-мошонку.

— Вы обесчестили ее шапку своей мошонкой? – мне бы прекратить этот сюр, но я зачем-то продолжаю, осознав, что только что сказал Полуянов.

— Так, стоп. Я заразила?!

— Ну не я же, а твоя ядовитая слюна, – ну и гад же! – Давай свои ноги, Катерина.

— Куриные.

— Да похрен чьи.

Полуянов прикладывает ножки к своему глазу, постоянно косясь на свое отражение в зеркале.

— Не переживайте, Александр Владимирович. Ваши прекрасные губы будут оттенять глаза, – отрежьте мне язык.

— Я был уверен, что расплатился за свои грехи, ан нет. Вменько на мою голову, – бурчит себе под нос.

— Так я уволена?

— Хрен тебе, я уже говорил.

Через пару минут убирает ножки от лица, но гиперемия никуда не делась. В целом вполне сносно. Пока нет фингала…

— Давайте я намажу вас бибишкой?

— Хуишкой, – парирует в ответ.

— Ой, это как-нибудь вы сами им будете мазать лицо. Хотя вряд ли достанете, – кажется, сейчас в глаз получу для баланса именно я. – Хотите мне тоже фонарь поставить?

— Нет.

— Два фонаря?

— Да. У нас охрененное взаимопонимание.

— Ага. Если что бибишка – это биби крем. Он убирает красноту и несовершенства кожи. Это не пудра и не тональник. Классная незаметная вещь. Вот на мне бибишка. Заметно?

— Конечно, заметно. Лицо одного тона, шея другого, – как ни в чем не бывало произносит Катя. Перевожу на нее гневный взгляд. – Ну, в водолазке было не заметно, а сейчас совсем чуть-чуть да. Самую малость. Короче, не хотелось бы прерывать ваши занимательные беседы, но красить вас некогда, Александр. Курсы через минуту. Учитывая их стоимость, вам опаздывать запрещено, – серьезно, блин?

— А ничего, что ты за них ничего не платила, Катерина? – на удивление спокойно интересуется Полуянов.

— Но другие то, да. Ну что, идем? – убирает ножки в сумку.

— Ну, пойдемте, курицы. Ой, запамятовал. Это же оскорбительно. Пойдемте.

— Спасибо, что решили провести нас, Александр Владимирович. А то мы с Катей первый раз точно заблудимся. Дальше уже будем ориентироваться по вашему фонарю под глазом. Он укажет путь незамужним девам.

— Вперед, индюшки.

Полуянов не матерится, не бурчит, просто молча идет, не оглядываясь на нас. Мы еле поспеваем за ним, но он и не думает сбавлять скорость. Даже не спрашивая его ни о чем, я с уверенностью могу сказать, что он здесь частый гость.

Он достает из джинсов карту и прикладывает ее к двери. Пропускает нас внутрь первыми. Помещение напоминает какую-то комнату отдыха, в которой стоит длинный стол со скамейками. На всю группу вполне хватит. Но то, что стол завален всякими яствами – вызывает смешанные чувства.

— Располагайтесь и дожидайтесь остальных. Я скоро приду.

— Александр, – окрикивает его Катя, как только Полуянов хватается за ручку двери. – А можно угоститься? Или это на потом?

— Тебе, Катерина, можно. Тебе, – переводит на меня взгляд. – Нет, – вот же собачий сын. – Ты плохо себя вела.

Как только Полуянов оставляет нас одних, Катя тут же усаживается за стол, отложив свои вещи на свободную скамью. Совершенно не стесняясь, она начинает есть со стола закуски. Преимущественно дорогие. Я же смотрю на селедку с луком, затем на кусочки аппетитнейшего сала и понимаю, что у меня течет слюна. Однако здравый смысл подсказывает, что что-то здесь нечисто, ибо на столе стоят рюмки и алкоголь.С какой вероятностью он спаивает участниц своего курса? С нулевой. Хотя, может именно так он располагает их с первого занятия? Нет. Как бы я ни придиралась к инфоцыгану, мужик он неплохой.