Книга Сорок оттенков свободы, страница 15 – Диана Эванс

Я замерла. Платье соскользнуло с плеч, открывая грудь. Я почувствовала, как по коже побежали мурашки, но не от холода, а от его взгляда. Он смотрел на меня так, будто я была произведением искусства. Будто моё тело не то, что нужно прятать и стыдиться, а то, чем можно восхищаться.

— Вера, — сказал он хрипло. — Ты понимаешь, какая ты?..

Он не закончил фразу. Просто наклонился и поцеловал мою грудь.

Я вцепилась ему в плечи. Из горла вырвался звук, которого я сама от себя не ожидала — не то стон, не то всхлип. Его губы ласкали мою грудь, язык кружил вокруг соска и я чувствовала, как низ живота наливается тяжестью, жаром и желанием, которое я не чувствовала так давно, что забыла, как оно называется.

— Максим, — прошептала я.

— Что?

— Я… я хочу…

— Чего ты хочешь? Скажи.

Я не могла сказать. Слова застревали в горле. Слишком стыдно. Слишком непривычно. С Сергеем всё было по-другому — быстро, тихо, со светом, чтобы «не мешать друг другу». Он никогда не спрашивал, чего я хочу и я сама перестала себя спрашивать.

Максим поднял голову и посмотрел на меня. Я поняла, что он не продолжит, пока я не скажу. Пока сама не сделаю следующий шаг.

Я взяла его за руку и медленно, дрожащими пальцами расстегнула оставшиеся пуговицы на своём платье. Платье упало на пол. Я осталась в белье, простом, удобном, таком же сером, как и всё в моей жизни.

Он смотрел на меня и в его глазах не было разочарования. Не было брезгливости, только желание. Чистое, горячее, такое, от которого у меня перехватывало дыхание.

— Ты уверена? — спросил он снова.

Вместо ответа я потянулась к его рубашке. Мои пальцы дрожали так сильно, что я едва справлялась с пуговицами. Он не помогал. Просто стоял и смотрел, как я его раздеваю. Как я сама этого хочу.

Последняя пуговица поддалась. Я стянула рубашку с его плеч и увидела его тело. Широкие плечи, твёрдый пресс, татуировка на левом предплечье, какой-то рисунок, я не успела разглядеть. Он был красивым по-мужски, по-настоящему.

Я провела пальцами по его груди, чувствуя, как под кожей перекатываются мышцы. Он выдохнул сквозь зубы, и я поняла, что он тоже еле сдерживается. Тоже хочет меня, но ждёт.

— Я хочу тебя, — сказала я. — Всё. Я хочу всего, пожалуйста.

Он подхватил меня на руки.

Я вскрикнула от неожиданности и обхватила его за шею. Он был сильным, я чувствовала, как легко он держит меня, будто я ничего не вешу. Он отнёс меня в спальню и опустил на кровать.

Кровать была огромной и очень мягкой. Простыни пахли свежестью. Я лежала на спине, смотрела на него сверху вниз и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле.

Он медленно стянул с меня трусики, я зажмурилась. Стыд накрыл меня с головой и я вдруг представила себя со стороны. Сорок пять. Растяжки на бёдрах, которые остались после родов, живот, который уже не такой плоский, как в двадцать. Кожа, которая уже не такая упругая. И он, молодой, красивый, смотрит на это…

— Открой глаза, — сказал он.

Я не открыла.

— Вера, посмотри на меня.

И я их открыла.

Глава 8

Он стоял на коленях на кровати, глядя на меня сверху вниз. Его глаза были серьёзными. В них не было жалости и снисхождения. Только желание и что-то ещё. Что-то такое, от чего у меня внутри всё переворачивалось.

— Ты прекрасна, — сказал он. — Ты понимаешь? Прекрасна.