Книга Огненные сердца. Все, что осталось от нас, страница 17 – Кира Сорока

Кто-то из близняшек – подпевал «королевы» взрывается хохотом и влезает в разговор.

— Борисова тебе нравится?

«Королева» бросает на нее убийственный взгляд, не оценив подобного выпада.

— Советую тебе пересмотреть свою позицию, – шепчет Милана, приблизившись ко мне вплотную. – Будь на моей стороне, и бойкот закончится.

— Предлагаешь издеваться вместе с тобой над Таней? – Я ошарашенно смотрю на Савельеву.

— Она это заслужила. Влезла в наши с Максом отношения, пыталась его увести. Я просто защищаю свое, понимаешь?

Нет, не понимаю. Зачем держаться за парня, который положил глаз на другую девушку? Я на сто процентов уверена, что Купидонов сам подкатывал к Тане. А получает за это она.

В зал входит физрук и дует в свисток.

— Размялись?

С того момента, как в меня угодил мяч, никто не разминался. Весь класс слушал наш разговор с Миланой.

— Да, размялись, – подает голос Боярский. – Играем?

— Выходи, Костя, набирай команду. Макс! Ты тоже.

Купидонов и Боярский быстро набирают себе команды, и начинается игра.

Я сажусь на лавочку подальше от остальных. Время от времени поглядываю на девчонок. Они хихикают и что-то обсуждают, уставившись в телефоны, и бросают на меня злорадные взгляды. Явно что-то задумали.

Парни заканчивают играть и уходят в раздевалку. Наступает наша очередь. Физрук Дмитрий Степанович манит меня рукой.

— Алина, да?

— Да.

— Каким видом спорта занималась?

— В детстве – гимнастикой. В прежней школе – чир спортом.

— Хорошо. Вставай сюда.

Я встаю по правую руку от него, а слева становится Милана. Она выбирает в свою команду обеих близняшек и еще троих. Мне достаются Маша, блогерша Тоня, Жанна… Вся моя команда поднимается с лавки с недовольным видом.

Мы начинаем играть. Подпрыгнув как можно выше, дотягиваюсь до мяча и, завладев им, несусь к кольцу соперников. Маша открыта, но она со скучающим видом стоит на месте и даже не смотрит на меня. Разглядывает свой безупречный маникюр. Ясно. Играю я, похоже, одна. А нет, блогерша тоже играет. Она делает мне знак рукой. Пасую ей. Через мгновение Тоня возвращает мяч, и я забиваю.

Меня переполняет адреналин. Я очень люблю спорт и всякие состязания, и мне этого очень не хватало, пока я сидела дома.

Когда мяч попадает к Маше, она собственноручно отдает его Милане. Та пасует близняшкам. Они вдвоем несутся к кольцу и забивают. И дураку понятно, что эти девочки – профессионалы. И рост у них подходящий. При моем росте в метр шестьдесят я достаю им лишь до плеч.

Игра продолжается, и счет быстро становится не в нашу пользу. Физрук свистит.

— Все, переодеваемся!

Часть девчонок выходит из зала следом за физруком, а вот Милана никуда не торопится и преграждает мне путь, встав в изящную позу и положив руку на бедро.

— Что ты решила?

— Ничего, – пожимаю я плечами. – Я решила, что не хочу иметь с тобой ничего общего.

— Хм… Вот дура! Ну ладно.

Милана уходит вместе с близняшками, и они громко над чем-то смеются.

Позже я понимаю, над чем. В общий чат скидывают фотку, на которой запечатлено, как я сажусь в черный джип Роберта. Фото отправила Маша, с подписью: «Новенькая и ее сутенер».

Но меня это не задевает. Только в больном мозгу могло родиться нечто подобное.

Пишу ответ Маше в общем чате.

Алина:

Моему брату очень не понравится, как ты его назвала.