Книга Огненные сердца. Все, что осталось от нас, страница 18 – Кира Сорока

Пусть считают, что у меня крутой брат на джипе. А почему бы и нет?

Вечером еду на встречу с этим самым «сутенером». Найдя свободное место в маршрутке, достаю телефон и захожу в соцсети. Надо признаться, мне весь день не терпелось получить хоть словечко от Коршунова.

Вставив наушники, я вновь и вновь прослушиваю его голосовое. Там что-то непонятное. Будто он тяжело вздохнул. И этот его вздох… Меня почему-то пробирает от него до мурашек. Начинаю фантазировать, пытаясь представить внешность Коршунова. Он мне видится брюнетом с карими глазами. Такой весь пижон, одетый с иголочки, в новомодных брендах. Кожа чистая, без тату.

Да-да, я осознанно создаю антипод Гроза. Потому что на самом деле Коршунов слишком уж сильно напоминает мне Егора. Даже этим чертовым вздохом.

– Сколько тебе нужно времени? Когда ты перестанешь меня отталкивать?

– Егор… Я же говорила…

Он резко перебил:

– Что? Что я тебе не нужен? Я тебе не верю. Ты лжешь! И я могу это доказать.

– Как? – опрометчиво спросила я.

Рванув вперед, он прижался к моим губам и поцеловал. Нежно, осторожно, даже бережно. Мое тело задрожало, но я и не думала вырываться. И так же осторожно ответила на поцелуй. Впервые я ответила ему, потому что хотела этого.

Еще сильнее сжав в своих объятиях, Егор рывком пересадил меня на колени. И тут мне стало страшно… Я испугалась того, что позволю ему все, что он пожелает. Абсолютно все.

– Егор, – прошептала я, отстранившись. – Мне правда пора.

– Когда мы увидимся? – его голос был хриплым.

– Не знаю. – Я потупила взгляд. – Мне… Я… Я не могу быть с тобой. Ничего не получится.

И прежде, чем он меня отпустил, я услышала его тяжелый вздох. Очень похожий на тот, который звучит сейчас у меня в ушах. Господи… Кажется, я схожу с ума.

Поднимаю голову, бросаю взгляд в окно. Черт! Моя остановка! С трудом успев пробраться к двери, вылетаю на улицу.

Вновь торговый центр, только теперь другой. Отдел с вывеской «Стронг-спорт» нахожу сразу. Подхожу к Роберту, вручаю ему контракт.

— Подписала?

— Нет, – качаю головой. – Мне нет восемнадцати, и я пока не могу самостоятельно принимать такие решения. А отец сейчас в отъезде, и…

— Помолчи, – обрывает меня Роберт, сверкнув недовольным взглядом. – Ладно, к черту контракт. Когда там тебе восемнадцать?

— В марте.

— Пока так поработаем. Переодевайся.

Ко мне подкатывают стенд с бесконечной чередой вешалок. Подходит Рома.

— О, привет! Значит, мы с тобой сегодня?

— Выходит, да. – Я оглядываюсь по сторонам. Отдел на время съемок закрыли. Кроме нас с Ромой, Роберта, его помощницы и фотографа с осветителем, никого больше не видно. – Нас только двое?

— Ага, – отвечает Рома, задорно улыбнувшись. Он уже переоделся в спортивный костюм. Довольно стильный.

Я надеваю почти такой же, и мы с Ромой бежим на месте. Вентиляторы дуют на нас спереди, волосы развеваются. Фотограф сегодня ко мне благосклонен, и вроде бы все получается нормально.

Мы переодеваемся в следующий комплект. Теперь я в лосинах и майке, а Рома в спортивных штанах и футболке. Мы играем в мяч. Снова переодеваемся. И снова. Подборка одежды для рекламы в этот раз очень большая, и все эти классные спортивные вещички сидят на мне как влитые. Даже появляется желание приобрести что-нибудь из этой ультрамодной коллекции. Правда, последняя вещь, которую я должна на себя надеть, меня шокирует.