Книга Препод. В тени запрета, страница 106 – Ольга Тимофеева

— Нет, — отрезаю, не давая ему развернуться. — Львович не дурак. За мной и вас потянет. Вирус — это война. Вы можете потерять все.

— Что ты предлагаешь? — Фет смотрит спокойно, но в его глазах видна тревога.

— Это не ваша война, а — моя. Я вывожу ваши активы, разрываю договора и выплачиваю неустойку. Для его репутации плохо, если строительная компания так его подставит, поэтому предложу ему её, чтобы сохранить статус партнера.

— А сам?

— У меня есть доля в другом бизнесе. Да, доходы будут поменьше, но это все равно выше, чем какой-то обычный менеджер среднего звена.

— Уверен? — Саня сверлит взглядом, я киваю в ответ. — От тебя очень неожиданно. Ей сколько лет-то? Она же лет на десять тебя младше? — открывает ноутбук.

— Уверен.

— Ясно. Слушай, он может отказаться, когда увидит, что ты вывел львиную долю активов, плюс то, что уже пошло к подрядчику, мы не вернем.

— Вот тут нужна твоя помощь, Сань. Надо сделать так, чтобы он не увидел эти платежи. Или сделать их в момент, когда я подпишу бумаги, но не передам ещё доступ.

— Мы идём по тонкому льду, — Фет пожимает плечами.

— Он предупредил, что если будете мне помогать, то вас тоже зацепит.

— Пусть только рыпнется, — огрызается Саня, — точно узнает о моём новом вирусе.

Просыпаюсь от того, что луч солнца светит прямо в глаза. Зеваю и открываю глаза. Светло. Голова тяжелая, веки будто склеились.

Мы сидели, наверное, часов до четырех утра. Пока придумали, что лучше всего сделать. Потом поехали переночевать к Фету, чтобы не светиться у себя.

Когда выхожу на кухню, Фет за столом завтракает и что-то читает в телефоне.

— Здорова, что нового?

— Саня писал, что ещё не закончил. К Львовичу пока ехать нельзя.

— Много ещё работы?

— Над платежами сидит. Говорит, необходимо время, чтобы всё правильно настроить.

— Сколько ещё?

— Часа два-три минимум. Не дергайся пока.

— Скоро вскроется, что я не прилетел.

— Успеем.

— Кстати, Мия звонила.

— Когда? — меня бросает в жар. Вопрос вырывается слишком резко.

— Утром ещё. Я в душе был. Решил тебя не будить. — Протягивает мне мобильный. — Будешь звонить?

Черт.

Забираю телефон. Сказал, звони в любое время, а сам не отвечаю.

Поднимаюсь и набираю ее номер.

Телефон в трубке монотонно повторяет: «Абонент временно недоступен».

Сжимаю корпус телефона.

Набираю ещё раз.

Заблокирована.

Зубы сжимаются так, что челюсть начинает ныть. Она звонила. Что-то хотела. А теперь молчит и недоступна.

Может, у неё что-то случилось? Или опять обиделась?

Фет кивает.

— Недоступна.

— Ещё позвони. Связь такая, что с первого раза можно и не дозвониться.

— Да звонил я.

Грудь сдавливает так, будто бетонная плита легла прямо на сердце. Снова набираю. Ничего. Только тишина. Ощущение беспомощности тянет за собой злость. Хочется что-то разбить, сломать, но это не решит проблему.

— Может, у неё просто батарея села.

Фет всегда говорит спокойно, без суеты. Но это не помогает. В голове шум, как будто тысячи мыслей наперебой кричат, каждая громче другой.

— А если что-то случилось?

— Узнаешь, Тим. Сейчас главное — довести дело с Львовичем до конца. Если сорвёшься сейчас, то никому из нас не будет хорошо.

Набираю номер Амосова. Надо будет им в больницу купить что из оборудования, чтобы держали в курсе дел. Мие с её болезнью придётся ещё не раз там полежать, чувствую.