Книга 365 дней в твоей постели, страница 99 – Валентина Кострова

— Через два месяца твоя сестра выходит замуж, поэтому будь любезен присутствовать в приличном виде на свадьбе, и имей приятные новости для нее, а я… — хлопает пренебрежительно по груди. — Буду за тобой присматривать. Узнаю, что опять оставляешь долговые расписки, тебя однажды никто не найдет. Усек?

— Дааааа, — Лева заикается, для верности кивает.

— Теперь бегом шуруй домой и подумай, как встать на путь истинный, — Хаджаров берет парня за плечи, разворачивает и подталкивает в сторону дороги. — Вызови такси, так уж и быть, бабло сейчас скину на карту.

Лева судорожно достает мобильник, возится с ним. Мы наблюдаем. Через десять минут подъезжает седан с шашечками.

— Думаешь, он услышал тебя? — спрашиваю Алика, когда такси уезжает. Хаджаров пожимает плечами.

— Если за ум не возьмется, отправим его на север работать принудительно. Я договорюсь, чтобы он не болтался под ногами и не доставлял хлопот. Родственники — это такая морока, проще на сироте жениться.

Некоторое время мы молчим. Алик вздыхает и откидывает голову назад, и смотрит на звездное небо. Я тоже поднимаю глаза.

— Лева мне напоминает Малика. Поэтому я, наверное, так жажду его наставить на правильный путь, — тихо произносит Алик. — Я постоянно думаю о том, что возможно именно я виноват в том, что у него исказилось восприятие событий. Может быть, будь я с ним откровенен, не скрывал состояние Ляйсен, он не стал так страшно мстить. Рома был бы жив.

— Прошлое не изменить. И если ситуация повторилась, я бы поступил аналогично.

Хаджаров смотрит на меня, не мигает. Знаю, что если Алику вновь кто-то будет угрожать, если потребуется заслонить собой, я так и поступлю. Более того, он точно так же сделает.

— Давай, не допустим повторения прошлых поступков.

— Хорошо.

Отвожу Алика домой. Спешу к себе. Время позднее, но знаю, что Лира, скорее всего, не спит. Она либо читает книгу, либо готовится к учебе. Она вновь перебралась ко мне, ее вещи вновь вернулись на свои места, квартира вновь стала напоминать мне дом, а не место, куда приходишь переночевать.

Лиру обнаруживаю в спальне. Она лежит в кровати с книгой. При моем появлении сначала смотрит на часы, потом на меня. О том, где был, что делал, не спрашивает. Есть вещи, которые знать не нужно, и она это понимает.

— Не спишь? — раздеваюсь на ходу.

— Без тебя мне не спится.

— Пять минут, и буду рядом с тобой, — обещаю, заходя в гардеробную, скидывая с себя вещи, отправляю их к тем, что нуждаются в стирке. На скорую руку принимаю душ и в одном полотенце на бедрах возвращаюсь в спальню. Ложусь, Лира сразу оказывается под боком.

— Знаешь, — пальчиком рисует замысловатые узоры на груди. — Раньше я как-то не задумывалась, где ты, чем занят, но сейчас мне становится тревожно, когда тебя рядом нет. Я беспокоюсь, не нахожу себе места. Знаю, просить тебя заниматься делами только в рабочее время не имею право, но пообещай, что будешь всегда возвращаться домой.

— Обещаю тебе, что у тебя не будет повода волноваться за меня, — ловлю руку, раскрываю ладонь и целую тыльную сторону. На кончике языка вертятся еще несколько слов, но я их проглатываю. Для них еще не пришло время.

* * *

— Вздох-выдох, ничего страшного в происходящем нет. Подумаешь, немного волнуешься, но это счастливое волнение. То ли еще будет… — шепот Хаджарова раздражает, сбивает с толку, не дает сосредоточиться. А хочется быть собранным, не быть кисейной барышней.