Книга Семья со сроком годности, страница 75 – Алика Фортис

Судя по всему, Мир пришёл к такому же заключению. Его прилёт и откровенный разговор, инициатором которого был он, тому подтверждение.

Когда мы прилетели, Мир сразу же рванул в клинику. Я же, осталась в гостинице.

С того момента прошло уже около восьми часов. Мы с мужем всё это время поддерживали связь.

И новости… неутешительные.

Ребенка Карина потеряла. И сама сейчас не в лучшем состоянии.

Никогда не испытывала к ней теплых чувств. Но… сейчас она и вовсе вызывает отвращение.

Я не делаю ей плохого. Но, насколько ненормальной нужно быть, чтоб накачавшись наркотиками, улечься в ванную, чуть ли не с кипятком.

Мир говорил, что беременность не была простой. Там и осложнения, и патологии. А после такого…

Я, если честно, всё это время места себе не нахожу. Это всё настолько жутко и страшно, что словами не передать.

Я не хочу, чтоб Мир винил себя. А он, я уверена, будет. Просто вслух не скажет.

Я знаю только то, что о случившемся сообщили и на работу Карины. Видимо, она оставляла какие-то данные в карте. Потому что привезли её туда же, откуда она сбежала.

Как оказалось, запрещенными веществами она злоупотребляла на протяжении всей беременности. Об этом Миру рассказал юрист организации, где работала Карина. Он и приехал в больницу. Предполагаю, чтоб замять возможную шумиху, если такая будет.

У меня это в голове не укладывается! Как? Как можно было так относиться к себе и к малышу?

Сейчас, будучи беременной сама, боюсь любое резкое движение сделать. Да, до фанатизма не доходит. Но, как ни как, стала более внимательной к себе. Потому что навредить страшно.

Теперь я только сильнее убедилась в том, что полететь с Ратмиром, было верным решением.

Остается только дождаться его. Понятия не имею, что он будет делать дальше, но поддержу его в любом случае. А как иначе?

Пытаясь себя хоть как-то отвлечь, пробовала почитать, посмотреть фильм. Но по итогу, вроде смотрю на строчки или картинку фильма, а мыслями вообще не там. Всё будто мимо меня проходит.

Лежала, поглаживала свой ещё плоский живот. Рука сама по себе к нему тянулась. Клала ладошку чуть ниже пупка и будто тепло растекалось.

Думала о нашем с Миром малыше. Понимала отчетливо, что если бы не сказала ему о беременности, это было бы огромнейшей ошибкой с моей стороны. И как хорошо, что она не была допущена.

Он искренне был рад. Я это видела и чувствовала. Только зря боялась и накручивала себя.

Но ведь наперед ничего не узнать. И тогда, у меня были основания думать иначе. А сейчас понимаю, как далека была от истины.

Нужно было сразу Марка слушать и не загонять себя.

Когда дверь гостиничного номера открылась, тут же поднялась с постели.

Мир зашел внутрь, скинул туфли. Бросил ключи на тумбу, возле двери.

Отстраненный. Весь в своих мыслях. По карманам себя похлопал, потом головой мотнул.

Предполагаю, что хотел достать сигатеры. Но с момента, как мы встретились после разлуки и он узнал о моей беременности, я не видела его с сигаретой.

Подозреваю, что сейчас бы он хотел закурить.

А я стояла напротив. Наблюдала за ним и в груди всё сжималось. Все слова разом растеряла. Да и не знала я, что говорить в подобных ситуациях. У самой ком в горле.

На Ратмира смотреть страшно. Было ощущение, словно он не спал несколько суток.