Книга Папа, где ты был?, страница 82 – Юлия Бузакина

— Что?!

— Он признался на допросе, что солгал мне про кремацию на месте ее гибели. В общем, Терехина подала запрос в Адыгею, а там никаких данных о смерти Зайцевой нет.

Куропаткина оторопело смотрит на меня.

— Как такое вообще возможно?!

— Не знаю я, Лен! Честное слово!

Я провожу по волосам ладонью. Шумно втягиваю грудью влажный от тумана воздух.

— Завтра утром Терехина отправляется в Адыгею. Я хочу поехать вместе с ней. Потому что возникла очень странная ситуация. Тур был организован через интернет. Организаторы слились сразу же. Вся информация, которой владеет Терехина — то, что Таня Зайцева действительно сорвалась и ее забрали в больницу. Кто забрал, неизвестно. Куда доставили, тоже неизвестно. Брат Зайцевой узнал от организаторов тура, что она разбилась, и оповестил всех о ее смерти. В общем, запутанная история.

— Но если она жива, то почему не позвонила?! Мне, Ване? Да кому угодно?

Я развожу руками.

— У меня нет ответов.

— Какой ужас…

Куропаткина растерянно смотрит на меня.

Мы молча идем по дорожке сквера, вдыхая тяжелый влажный воздух.

— Лен, пообещай мне кое-что, — прошу внезапно.

Она притормаживает. С ожиданием смотрит на меня.

— Что?

Я пронизываю ее умоляющим взглядом.

— Что бы дальше не случилось, обещай, что вы с Катей останетесь в моей жизни.

— Олег, я…

Я сжимаю ее плечи.

— Я хочу, чтобы мы с тобой были вместе. Ты нужна мне. Очень нужна. Рядом с тобой я оживаю. Пожалуйста…

Несколько мгновений мы смотрим в глаза друг другу.

Я склоняюсь к ней и медленно касаюсь своими губами ее губ. Она прикрывает глаза и подается мне навстречу. Наш поцелуй в окутанном туманом парке пронизан нежностью.

— Обещаю, — касаясь моих колючих щек ладонями, тихо шепчет Куропаткина.

Поздно вечером дети гасят свет в своей спальне, а я тихо собираюсь в дорогу. Я еду всего на пару дней, но все равно беру с собой необходимые вещи.

Через полчаса небольшая спортивная сумка собрана, и я отправляюсь на кухню. Не знаю, почему, но мне жутко хочется есть. Наверное, это нервное.

Натыкаюсь на Куропаткину. Она сидит за столом. Пьет чай с ромашкой и листает ленту в телефоне.

— Еще не спишь? — удивляюсь я.

Она качает головой.

— Что-то не спится.

Я подхожу к ней сзади и нежно обнимаю ее за шею.

— Я бы предложил тебе успокаивающий массаж, но у нас дети.

Она смеется.

— Звучит весьма интригующе.

— Ладно, когда закончится вся эта история с мамой Вани, обещаю, что приглашу тебя в СПА для двоих на целый день. Нам сделают массаж, обертывание, устроят чайную церемонию, а потом мы будем долго плавать в бассейне, — шепчу игриво ей на ушко.

Куропаткина вспыхивает, и мне немедленно хочется ее поцеловать.

— О, я буду мечтать об этом всю рабочую неделю, — шепчет она в ответ.

— А пока могу предложить только сэндвич с ветчиной и сыром. Будешь?

— Нет, Олег. Слишком поздно для перекусов.

— Кстати, что у нас с провизией? Завтра же учебный день.

Я отправляюсь к холодильнику. Достаю ветчину, сыр, помидор и длинный французский багет, и делаю себе сэндвич.

— Будешь? — предлагаю Елене.

Она улыбается.

— Нет, Олег. Слишком поздно для перекусов.

Я сажусь рядом с ней. Режу багет и раскладываю ароматную ветчину и сыр.

— Точно не хочешь?

— Не соблазняй меня, а то я начну есть по ночам и поправлюсь, — хмурится она. — Ты как? Готов морально к поездке?