Книга Порочная страсть на двоих, страница 12 – Юлия Бузакина

— Не многого… – хмуро буркнул Макар. – Там последнее потерял.

— Вот-вот. И ко мне бы просто так не пришел, если бы законы твои исправно работали, верно?

— Не пришел бы.

— Ладно. У нас же, клуб, понимаешь? Не всегда все легально бывает.

— Понимаю.

— А убивать ты умеешь?

— Умею. Только не очень хорошо это, убивать.

— А иногда просто нет другого выхода. Или ты, или тебя, – с усмешкой посмотрел на него Загорский. – Разве в твоей работе под прикрытием не так было?

— Так, – помрачнел Макар. Снова вспомнился напарник, Костя Попов.

— А сын остался в Америке?

— Да. – Нахмурился Макар. И сразу на красивом, мужественном лице проступила вся горечь потери, так знакомая Глебу Сергеевичу.

— Ну, ничего. Ты, главное, работать начни. В деле себя покажи. А там видно будет. Может, изменится что, – вкрадчиво заговорил он. – Приступай прямо сейчас. Моим головорезам требуется хороший начальник. Как выйдешь из моего кабинета, тебя мой заместитель встретит, все объяснит и покажет. А пока… вот, возьми задаток. Матери на лекарства.

Глеб Сергеевич достал из того же ящика, где лежали любимые сигары, конверт, туго набитый пятитысячными купюрами и протянул Макару.

Тот взглянул на деньги и обомлел.

— Это много очень, я не могу столько взять…

— Это задаток, Макар. Капля в море. Если покажешь себя хорошо в деле, у тебя будет намного больше денег. Матери же оплатить лечение надо, верно?

Загорский посмотрел на сына тяжелым взглядом, и тот понял, что он уже в игре. Если пришел, от денег нельзя отказываться.

Он засунул конверт себе в потайной карман кожаной куртки, и хозяин кабинета удовлетворенно кивнул. Достал свой телефон, набрал чей-то номер, и спустя пару секунд в кабинете появился его управляющий делами по кличке Скорпион.

Скорпиона Макар тоже узнал. На миг стало не по себе, да отступать уже было некуда. Раз решил играть по-крупному, надо только вперед идти.

Управляющий сверкнул янтарными глазами и указал Макару на дверь. И бывший силовик понял, что он перешагнул ту грань, за которой начинается другая сторона закона. Отныне он в этой волчьей стае – один против всех. Обратного пути нет.

Тишину прорезал тихий детский плач, и Мария вздрогнула. С опаской посмотрела на крепко спящего мужа и выскользнула из роскошной постели. Борис был очень мрачен после ухода отца. Видимо, что-то складывалось не в его пользу. В такие моменты он был особенно опасен – все недовольство срывал на жене. Мария весь вечер старалась не показываться ему на глаза, пряталась в детской.

А теперь ее малышка проснулась. Она всхлипывала глухо и судорожно, будто зная, что своим плачем нельзя будить отца. Но молчать она еще не умела – ей едва исполнилось три годика.

Молодая женщина поспешила в детскую. Прикрыла плотно дверь, подхватила дочь на руки, прижала к груди крепко-крепко, поцеловала в маленький лобик.

— Тише, Лизонька, тише…

Видимо, кошмар приснился. Слишком разыгралась Лиза перед сном. Все рисовала своих единорогов.

Девочка успокоилась, задремала на руках у матери. А той все не спалось. Не понравились ей разговоры Бориса про второго ребенка. Он винил ее в том, что родилась дочь, но она не чувствовала себя виноватой. Пол ребенка зависит не от матери, а от отца. Что передал, то и получил.

Увы, ее муж был невменяем настолько, что даже не хотел слушать логические доводы. А если, не дай Господь, Мария по неосторожности снова забеременеет и родится вторая девочка, ей не сносить головы. Ее жизнь и сейчас похожа на ночной кошмар, а что будет, если появится еще одна дочь, лучше не думать. А если родится мальчик, то Лизу окончательно вычеркнут из списка любимых детей. Нельзя, никак нельзя Марии второй раз забеременеть. Это хорошо, что свекр, Глеб Сергеевич, на стороне Лизы. Только из-за него Борис и держит себя в руках, не срывается на малышке.