Книга Чашка кофе на двоих, страница 14 – Юлия Бузакина

— Ладно, успокойся. Не хочешь соревнований, не надо! А с президентом тебя познакомлю обязательно. И тренировки продолжишь в полную силу.

Потом они долго выбирали машину для Миши в автосалоне. Миша никак не хотел принимать роскошный подарок от родственника, кричавшего направо и налево, что и у него, наконец, свершилась радость, и в родные края вернулся его племянник Михаил. В итоге порешили, что новый сверкающий джип будет принадлежать Мише как служебная машина, и в случае чего он вернет ее дяде обратно.

— Да в кого ты упрямый такой?! – пыхтел дядька на обратном пути.

— Я не привык получать подарки, – вел новую машину Михаил.

— Привыкнешь! – фыркнул Анатолий. – У меня, может, в жизни всегда только одна мечта была – сына иметь. А Бог не дал. И вот, теперь ты есть. Знаешь, как я счастлив? Да я на весь мир кричать о тебе хочу!

— Я заметил, – ухмыльнулся Миша и почему-то резко вспомнил про маму. – Скажи, а мама, она тоже в твоем доме жила до того, как уехала?

— Мама? Нет, не жила. Этот дом мы с женой построили уже после того, как мать твоя в Питер сбежала и меня из жизни вычеркнула. Ей дом в Благовещенской от родителей остался. Этот дом, кстати, теперь тебе по наследству передается. Только там не живет никто уже много лет.

— А можно на него взглянуть? – заволновался Миша. Он и не знал, что у него здесь есть дом.

— Да почему нет? Прямо сейчас и поехали! Поворачивай к выезду из города, там недалеко! Только возле магазина останови, я коньячку себе куплю. Не люблю на трезвую голову с родовым поместьем встречаться…все чувство вины мучает, что запустили дом и не делаем с ним ничего.

Миша припарковался возле «Магнита» и сходил за коньяком для родственника. Прихватил еще колу и большой желтый лимон, так, забавы ради.

Вскоре новый внедорожник мчался по пыльной дороге в станицу Благовещенскую. Стройные домики, ухоженная растительность, сияющее вдалеке синее море – отчего-то Мише стало спокойно и уютно в этом месте. Он подумал о тренировках на свежем воздухе, что нет ничего лучше этого. Как мать могла скрывать от него такое прекрасное место? Почему никогда не привозила сюда? На эти вопросы у Миши не было ответов.

— Вот, тормози здесь! – вскинул руку совсем захмелевший дядька и указал на заросший бурьяном участок. Деревянный забор никто не красил уже много лет, и он выцвел. В глубине участка стоял добротный кирпичный дом с закрытыми старинными ставнями. Асфальтовая дорожка вела в небольшой, некогда уютный сад с беседкой, поросшей диким виноградом. В заброшенном саду росло несколько слив и яблонь.

Миша выбрался из машины первым и растерянно подошел к забору. С моря дул ласковый соленый ветер, обдавая свежестью лицо и руки. Он робко потрогал старый забор, и сердце болезненно сжалось.

— Вот, Мишаня, это твой дом! – хохотнул дядька. Щелкнул засовом и толкнул покосившуюся калитку. Ржавые петли жалобно заскрипели. – Неужели мать ни разу не говорила, что дед с бабкой по завещанию эту рухлядь тебе оставили?

— Ни разу… – горько вздохнул Миша и, прикрывая ладонью глаза от яркого солнца, поднял голову. Узкая асфальтовая дорога, по которой они приехали в станицу, вела к бескрайнему синему морю. Оно плескалось золотистыми переливами и будто манило к себе.

— А там, у моря и пляж есть? – поинтересовался Михаил.