Книга Его исчезнувшие, страница 44 – Юлия Бузакина

— Нет.

— Ну, ничего, у нас казенная имеется.

На завтрак манка, хлеб с маслом и сыром, вареные яйца и даже печенье.

Что ж, не яичница с беконом, но тоже ничего. Жить можно.

Иду в ванную комнату, она, к счастью, здесь же, в палате.

Кое как привожу себя в порядок, потом завтракаю. Проверяю телефон. Почти сел, зараза. Надо будет поискать у кого-нибудь зарядку.

Голова противно кружится, но после завтрака я все равно выбираюсь из палаты. Спустя пару минут понимаю, что отделение забито под завязку. Граница близко, а там война. Раненых бойцов везут чаще всего сюда.

Мне неловко от того, что я не военный, а из прокуратуры. Да и ранение у меня не боевое, а так. Под пули попал. Интересно, случайно, или Дамир был в курсе, что я поехал в ту кофейню вместе с братом Марьяны?

Мне все же хочется верить, что случайно. Потому что… Даже сам не знаю, почему. Но мне было бы легче, если бы этот налет с перестрелкой был не по мою душу.

Брат не настолько сорвался с катушек, чтобы мочить всех без разбора, когда у него в фирме идет прокурорская проверка. Возраст у него уже не тот, чтоб слабоумие и отвага рука об руку шли.

Зарядку нахожу у ребят из соседней палаты. Они охотно делятся, приглашают вечером заглянуть, перекинуться в карты. Я обещаю, что обязательно присоединюсь.

Едва я успеваю вернуться в палату, как дверь тихо приоткрывается.

На пороге Диана Ветлицкая, моя коллега из прокуратуры.

— Марат, — выдыхает шумно. — Как хорошо, что ты живой…

Замечаю в ее глазах слезы.

— Привет. Что случилось? По какому поводу плачешь? — пугаюсь я.

Она качает головой.

— По какому поводу? В тебя стреляли! Я звоню все утро, а ты трубку не берешь! — паникует она. — Я места себе не нахожу! Потерять тебя после того, как с таким трудом вытащили из тюрьмы — это… это хуже некуда, понимаешь?

Я втягиваю грудью воздух. Больно так, что в глазах темнеет. Надо спуститься вниз и купить обезболивающее, что прописали накануне. Или хотя бы «кеторол».

— Диана, я не очень хорошо себя чувствую. Не время для дружеских визитов. Телефон не брал, потому что он разрядился.

Она грустно улыбается. Осторожно касается пальцами моей колючей щеки. Я вдруг осознаю, что выгляжу, наверное, хуже некуда. Небритый, без душа, еще и бинт в крови…

— Идем, я тебе помогу. Я тут принесла бульон, приготовила тебе поесть. Уж сам ты точно ничего не приготовишь, я уверена.

— Да здесь, вроде, кормят, — пытаюсь отказаться от заботы. — Довольно неплохо, кстати.

Она улыбается.

— Ничего не знаю, у меня домашний бульон. У тебя все лекарства есть?

— Нет. Вот, собирался спуститься в аптеку за обезболивающим.

— Пффф, ну почему мужчины такие безответственные, когда дело касается собственного здоровья? Давай список, я сейчас сбегаю в аптеку.

Я вздыхаю. Виновато отвожу взгляд. Не до этого вчера было. Я жену пытался покорить с помощью тюльпанов, да все зря. А потом сюда загремел. Румянцев, ушлый жук, сразу понял, что меня лучше всего в больнице запереть, чтобы снова глупостей не наделал. А у меня крышу рвет, стоит вспомнить Надю.

Но я держусь. Потом. Позже. Надо сначала в себя прийти.

Беру с комода в прихожей список лекарств, отдаю Диане свой бумажник.

Она несколько мгновений смотрит мне в глаза. Ставит на комод пакет с продуктами и забирает у меня список лекарств.